Отогрей моё сердце

Тукаев встал с колен и навис сверху, разглядывая Есению. Девушка пришла в себя и открыла глаза.

- Ты - самец. Загонишь меня до смерти когда-нибудь своей похотью.

- Ты молодая и здоровая, то ли еще мы будем вытворять, - и, раздвинув бедра, вклинился.

- Ты опять хочешь? – удивленно."

"- Не переставал, - и, направив член рукою, легко скользнул в разгоряченную плоть, прижался плотно.

- Ох…

- Охуенно! Я не могу насытиться тобой, - и начал двигаться, толкая бедрами, вжимая тело в матрас. – Хочу кончить в тебя… Который день?

- Скоро прийти должны...

- Тогда держись, Горностаюшка, - и, доведя партнершу до очередного оргазма, завершился и сам, рыча и выплескивая гормон блаженства внутрь лона, дурея от этого еще больше.

Утомленная, едва ворочая конечностями, Есения потянулась на постели, сквозь сонливость услышав его слова:

- Останься сегодня на ночь.

Архип сидел на кровати и смотрел на Есению.

- Что я скажу Вере и маме? – она села следом, закутываясь в одеяло.

- Разве мама не знает про нас?

- Знает, конечно, но я не делюсь с ней подробностями.

- Почему? Стыдишься меня?

- С чего это? – непонимающе.

- Я же сахаляр. Мало ли…

Есения протянула руку и положила ладонь на его гладкую скулу. Мягкая улыбка озарила ее лицо.

- Это разве важно, какие этнические корни мы носим?

- Для многих важно.

- Для меня нет. Мне важен сам человек.

- А ребенка бы родила от метиса?

Есения нахмурилась, сразу вспомнив свою маленькую дочь, неудачный брак. О детях она вообще не думала и до тридцати лет точно не планировала. Да и от кого и для кого? Уже растет одна без отца, что забыл о ней.

- Архип, давай не будем на эту тему говорить, - приподнялась с постели. – У меня уже есть ребенок и больше пока не надо. И так без мужа осталась.

- Я понял тебя, - посуровел тоном, но больше не заикнулся, пойдя следом за девушкой, разом став холодным и отстраненным.

Приняв душ, Тукаев предложил поужинать в ресторане, но Есения отказалась, аргументируя, что дома ее ждет дочь. Он не настаивал. Оделся и отвез домой.

- До завтра?

- До понедельника, Архип Алексеевич, - ответила игриво.

- Ты опять секретаршу включила? – рыкнул.

- Снова, - светилась от радости.

- Мало наказал значит, - улыбался ей в ответ.

- Придется повторить, - хохотнула и выпрыгнула из авто.

- Веру поцелуй о меня. Скажи, чтобы брала енота, маму и приходила ночевать ко мне. Передашь? – выглядывал в открытую дверцу.

- Если я такое скажу, то мы уже в ночь к тебе приедем.

- Я не против.

- Я против. И тебе, и мне нужно свободное пространство.

- За себя говори. Я не согласен.

- Иди ты к медведям, Тукаев! – и хлопнула дверцей.

Архип провожал ее грустным взглядом. Он привык к этой девушке и, если не видел ее день или более, начинал нервничать. Для гармонии в душе он должен был ее ощущать рядом. Тогда и дышал свободнее и сердце стучало размеренно.