3
0
Человек, который разрушил клан Хищных Клинков и стал причиной гибели отца Париса.
— Я ненавидел своего отца, — прошептал Парис. – но, все же, он им был – был моим отцом.
Они путешествовали втроем в течении пяти лет, испытали множество невзгод, прошли через испытания, которые воспели барды в десятках песен, но их пути разошлись."
"Парис тогда был еще молод. Очень молод.
Он вызывал Хаджара на поединок почти каждый день.
Ради чего?
Может, чтобы одолеть живую легенду Семи Империй. А может, чтобы попытаться отомстить за смерть отца. Пока, наконец, Шакур не высказал в слух свои мысли. План о том, как Парис Безродный может вновь стать Парисом Диносом.
И Парис прислушался.
– Ты хоть навещаешь её?
– Жену? – Парис только печально улыбнулся. – за последние сорок лет, я провел в Даанатане лишь месяц, не более того.
– Я про твою мать, – старик потер котенка под мордочкой и тот утробно заурчал. Несмотря на годы совместных странствий, Парису все равно сложно было осознать, в кого этот котенок может превратиться и какой силой он обладал на самом деле.
– Не так часто, как хотелось бы, – Парис снова выпил вина. – но она живет в хорошем доме в окрестностях Даанатана. У неё достаточно слуг, чтобы скрасить дни, а красотой она не увядает, так что бывает сводит свою судьбу с любовниками. Я навещаю её… чаще, чем жену.
Старик промолчал.
Парис знал, что тот не одобряет подобного. Понимает, но не одобряет.
– Ты похож на своего дядю, – вдруг произнес старый мечник.
– На Тома? Этого…
Парис осекся. О мертвых либо хорошо, либо никак. К тому же, собеседник Париса уважал дядю. Несмотря ни на что. Уважал.
– Сегодня годовщина его смерти, – прошептал старик. – налей мне чарку.
Парис налил.
Старик усилием воли притянул к себе напиток и, отпив, вылил остатки на пол. Рубиновые капли, схожие по цвету с молодой кровью, драгоценными самоцветами упали на сухие доски и побежали по ним к трещинам из которых тянуло холодом земли.
– Он тоже бежал от себя, – продолжил старик. – и, увы, нашел дом слишком поздно. Не повторяй его ошибок, Парис. Живи своей жизнью, а не жизнью своих предков.
– Ты мне уже говорил это, старый друг. И я прислушался к тебе. Именно поэтому Анис Динос все еще остается Королевой Меча, ей дочь продолжает дышать и называться моей женой, а я – её мужем.
Парис старался сдержать свой гнев, но он, все же, горячим ядом просачивался сквозь, казалось бы, спокойные, пусть и надменные, слова.
– Армия Лунного Ручья? – решил сменить тему старик.
– Все так же стоит гарнизоном в Сухашиме, – Парис смотрел за окно. Отсюда открывался приятный вид на лес и горную речку, бегущую куда-то вглубь долины. – Генерал Огнешь уже поднялся до ступени Повелителя и обрел Оружие в Сердце. Многие придворные дамы ищут его расположения, но пока безуспешно.
