3
0Того самого, который подарила ему Полина почти три года спустя после того, как он отпраздновал восемнадцатилетие.
«Я буду любить тебя целую вечность. И даже немного больше».
Теперь его очередь так любить.
А любить – это значит защищать.
Он будет защищать свою синеглазку, пока живой. Без нее будет пусто. Зачем ему пустота?
С этими мыслями Барс переступил порог.
Гремлин и его помощники повели его вниз, и пока они шли, перед глазами парня стоял ее образ – нежный, хрупкий и солнечный. Полина улыбалась ему, а сердце наполнялось теплом, прогоняя остатки страха. Когда есть, за что бороться, страх уходит. Вместо него остается холодная решительность. И уверенность в своей правоте.
На первом этаже их встретили несколько крепких мужиков, которые явно были вооружены.
- Где она? – тут же спросил Барс.
- Выйдем, увидишь, - ответил один из мужиков. – Ну же, чего встал? Пошел.
В бок Барса уткнулся холодный ствол. И ему не оставалось ничего другого, кроме как пойти с людьми Захара. Гремлин и его помощники остались позади.
Пару минут спустя они вышли на улицу, которая встретила их влажной прохладой. Дуло пистолета все так же больно упиралось в бок.
- Где она? – повторил Барс.
- Ты о моей дорогой падчерице? – раздался знакомый голос, и из тени вышел Андрей. Прилизанный, в костюме, дорогих очках, до совершенства начищенных ботинках. И до отвращения самоуверенный. – Моя дорогая падчерица ждет тебя. С удовольствием организую вашу встречу, влюбленные голубки.
Барса ударили по голове со спины, и он потерял сознание. Его обманули – никто не собирался выполнять того, о чем они договорились через Гремлина.
Глава 60. Боль
Когда Барс открыл глаза, понял, что находится в подвале дома. Снова связанный, только в этот раз не сидел на стуле, а лежал на холодном полу, по которому тянуло сквозняком. Голова ныла, тело было тяжелым, завязанные за спиной руки затекли так, что почти не чувствовались, а на лице застыла струйка крови – видимо, на голове была небольшая рана. Ужасно хотелось пить.
На себя Барсу было плевать. А вот из-за Полины сердце рвалось на куски. Он так и не смог ее спасти. Синеглазка в опасности. Из-за него. Опять.
Эта простая мысль привела его в чувство – на голову словно ведро ледяной воды вылили. Он должен что-то сделать. Помочь. Защитить.
Барс обвел пустым взглядом полутемное помещение – кроме него самого в нем теперь находился крепкий с виду мужик. Его явно оставили охранять пленника. Чтобы больше не сбежал.
Барс попытался подвигаться на полу, оценивая, насколько крепко связан, но сразу понял, что высвободиться не сможет. Тогда начал искать взглядом хоть что-то, что могло помочь разрезать веревки, но ничего не нашел. Зато охранник заметил, что Барс пришел в себя.
- Очухался, пацан? Живой? А я уже думал, откинулся.
