Няня поневоле

Прижимаю Линару к себе, стараясь обезопасить бока от острого локотка. Провожу ладонью по груди, а вторую укладываю на небольшой животик.

— Не дерись, куколка. Вам с Машкой вредно, — шепчу, стараясь накрыть губы жены поцелуем. Она чуть-чуть сопротивляется, но почти сразу сдается. Проводит ноготками по моей голой спине и поудобнее устраивается на моих коленях. Чувствую, что сейчас взорвусь.

«Осторожней, чувак, — предостерегаю себя, укладывая Линару на постели. Тенью нависаю над ней, и я могу точно назвать тот момент, когда нас обоих накрывает безумная эйфория.

— Нужно возвращаться вместе, — снова принимается за свое Линара, стоит нам только выровнять дыхание.

Укладывается у меня на груди и как кошка мурчит от удовольствия. — Сережка, возьми нас с собой…

И я, как набитый дурак, сдаюсь. Что может служить мне оправданием? Я не могу жить без этой женщины. Ни дня, ни минуты! Те четыре дня, которые я провел вдали от нее, до сих пор кажутся мне десятью кругами ада. Как только выжить умудрился, блин!

— Хорошо, — соглашаюсь со всеми доводами этой ласкучей кошки. — Только везде будешь ходить с охраной. Понятно?

— Конечно, — уверяет она.

А я к своему ужасу понимаю, что всего не предусмотришь. Но и жену дома под замком удержать невозможно. Человеку трудно усидеть в четырех стенах. А значит, где-то мы все равно облажаемся. Вот только где? Но кто догадается заранее?

Знал бы прикуп, жил бы в Сочи!"

"«Не хочу постоянно дергаться от каждого шороха!» — одергиваю сам себя. Нужно действовать на опережение. Застать врага врасплох и ударить первым по правилам никитской шпаны.

— Вызывай Ступу, — велю я Трофиму. — Буду с ним лично базарить. Только заранее ничего не сообщай.

— Когда вернешься? — осторожно интересуется мой единственный друг.

— Скоро, — роняю уклончиво. Не хочу подозревать еще одного. Хватит.

В Никитск мы выдвигаемся поздней ночью, на прощанье перецеловав хозяев дома и Галину. Осторожно наклонившись, целую в щеку женщину своего отца и не чувствую к ней злости. Только уважение и благодарность. Как бы сложилась наша жизнь, если бы не она? Просила братьев помочь и отправила ко мне своего сына. Оглядываюсь на единокровного брата.

Саня, подмигнув, садится за руль дядькиного Рэнджа.

— На этой тачке нам никакой пост не страшен, — замечает вскользь.

И открыв заднюю дверцу в натопленной заранее машине, благоговейно наблюдает, как моя жена укладывает Марка в автолюльку.

— Мой племянник, — хмыкает довольно.

— Осторожно, мальчики, — крестит нас на дорогу Галина. Петр со Светланой целуют нас в обе щеки и добродушно соглашаются приехать в гости.

— Ждем вас на свадьбу! — машет рукой Линара, садясь рядом с Марком на заднее сиденье. Машина трогается, увозя нас прочь из глубокого тыла. Домой. В неизвестность.