Не бывшие

К сожалению, у бывшего мужа отменная реакция: он тут же ловит меня за локоть, вжимает в дерево и начинает ожесточённо целовать, без нежностей и особого трепета, надавив ладонью на затылок и грубо протолкнувшись в рот языком. Его тело плотно прижимается к моему. Нельзя не почувствовать, что он возбуждён, потому что каменная эрекция упирается мне в живот.

— Убери его от меня. — Оторвавшись от Дениса, киваю вниз.

Он тяжело дышит, взгляд расфокусированный и бешеный.

— Ты наверняка перетрахал им треть Москвы.

— Почему треть? — нагло смеётся он, обнажая белоснежные ровные зубы.

— Сволочь! Ты сволочь, Денис!

Я бью кулаками по мощной груди и кусаю его нижнюю губу до металлического привкуса крови. Денис не обращает на это никакого внимания. Расстёгивает мою кофту свободной рукой, снимает её с плеч и бросает под ноги.

Можно попробовать остановить его. Попытаться договориться, объяснить, что я не хочу близости с ним, но это не так. И он это чувствует.

Задирает короткий топ до самого подбородка, накрывает ладонью грудь и грубо сжимает твёрдый сосок, вызывая очередной прилив удовольствия, от которого я несдержанно стону ему в губы.

"Почувствовав ответную реакцию, он только усиливает напор. Перекатывает соски между пальцами, оттягивает их и выкручивает так, как мне нравится. Бессовестный, наглый, безумный. Пользуется тем, что успел узнать обо мне во время брака. Денис был моим первым. Во всём! До него я ни разу не видела мужчину обнажённым. Муж действовал плавно и уверенно, постепенно вводил меня в мир секса и открывал мне своё тело.

— Я потрогаю тебя, Юль, — шепчет Денис, прекратив поцелуй. — Просто потрогаю.

Мои губы красные и пылают.

Он опускает тёплую ладонь на мой живот, поглаживает его, задевая пальцами пупок, и опускается ниже. Преодолев барьер из резинки спортивных лосин, бросает на меня вопросительный взгляд. Я дёргаюсь, пытаюсь отшатнуться, и он успокаивающе что-то шепчет мне на ухо. Странно, но это действует, хотя слов я почти не разбираю. Денис отодвигает в сторону стринги, касается чувствительной кожи. В глазах рябит, а ноги подкашиваются и слабеют.

— Пиздец, ты влажная. Он не трахает тебя, Юль? Совсем не трахает?

Голос довольный и хриплый…

— Чаще, чем ты себе можешь представить, — огрызаюсь в ответ.

Его лицо кривится от раздражения, а тело моментально напрягается. Я поглаживаю мужские плечи и спину, будто усмиряя. Не знаю, откуда это во мне, но хочется делать бывшему мужу больно своими словами. Хочется ранить его. Сильно. Как он когда-то ранил меня.

— Твой дохлик больше к тебе не притронется.