Не бывшие

Я только и могу наблюдать, как часто вздымается его грудная клетка.

— Мысли я читать не умею, извини. И то, что ты придумала в своей светлой головушке, всегда остаётся для меня загадкой.

— В следующий раз я буду спрашивать. Честно, буду.

Бывший муж усмехается и качает головой. Не верит. У каждого из нас есть свои недостатки, их уже не искоренить и не исправить. Я, например, чётко осознаю, что Денис — трудоголик. Не может он работать меньше. Просто не может. И если мы хотим быть вместе, то просто обязаны находить компромиссы и где-то прогибаться друг под друга. Стоит попробовать, правда? Вдруг во второй раз у нас получится лучше, чем в первый?

Отправив щелчком пальцев истлевшую сигарету в темноту, Денис не торопится закрывать окно.

Я подхожу на цыпочках и вновь обнимаю его за шею. Он улыбается — я это чувствую. Гладит мою спину, проходится пальцами по позвоночнику. Тело мгновенно откликается на его прикосновения. Низ живота наливается жаром, а соски твердеют. Вот бы мы были дома, а не в больнице. Я бы позволила ему большее. Всё позволила. Теперь уже не по договорённости, а по-настоящему.

— Давай я отпрошусь у медсестры? — спрашивает Денис вкрадчивым голосом, сжимая мои ягодицы.

 — Домой поедем.

— Ни в коем случае! Лечись столько, сколько нужно.

— Ночью здесь всё равно нечего делать. Утром к обходу приеду.

— Нет, — мотаю головой. — Тем более мне нельзя к тебе. Меня на даче Вася ждёт.

Расслабленное тело бывшего мужа, тесно прижатое к моему, тут же напрягается. Мышцы становятся стальными, а дыхание глубже.

— Кто, блядь, тебя ждёт?

— Вася. Васька, — отвечаю с улыбкой, вспоминая крошечный комочек счастья. — Он сам ко мне пришёл, представляешь?

Я оживлённо рассказываю Денису о том, что во время отпуска перебралась жить на дачу.

Там есть река и небольшой участок чернозёма, на котором я высадила зелень. На даче было скучно до тех пор, пока я случайно не увидела Васю. Сердечко тут же встрепенулось и ёкнуло.

Бывший муж преимущественно молчит, слушая меня. Сопит всё так же напряжённо, тянется к пачке сигарет. А мне, наверное, это и нужно… Чтобы кто-то меня выслушал. Чтобы понял, почувствовал. Раньше Денис этого делать не хотел, но сейчас многое изменилось, так ведь? Три года назад он не верил в то, что я смогу водить, и видел меня исключительно в роли домохозяйки на своей кухне, а сейчас пересмотрел свои взгляды.

Я тоже пересмотрю. На многие вещи.

Я говорю о том, что во мне много нерастраченной любви и дарить её хочется без остатка. Он перестаёт гладить мою спину, качнув головой, смотрит на полную луну.

— Васька спит со мной на диване, представляешь? — я тихонько посмеиваюсь я. — Ночью бывает страшно, особенно когда соседские собаки лают. Он ласково прижимается ко мне и греет своим теплом.