7
0
Стряхнув с себя руки Дана, Рус пытается отдышаться. Выглядит разъярённым безумцем. Я даже боюсь смотреть ему в глаза. Вскользь отмечаю, как дико его потряхивает. Ещё бы. Жена наставила рога в день свадьбы. Пусть так и думает. Мне всё равно. Может быть хотя бы выгонит меня на улицу. Избавит от своего ублюдочного контроля.
Ненавижу его…
Всех ненавижу!
— Реши вопрос с этой мразью, — непоколебимо высекает. — Кардинально. И убери ЭТО дерьмо с моих глаз. Убери!!! — рычит, пиная ногой Соболя.
— Сделаем, — сухо заверяет Данила.
— Вы, блять, как за ней смотрели?!!! Я что тебе сказал! Какого хуя, Дан? — окинув нас обоих убийственным взглядом, несколько раз врезает кулаком в стену. Сглатываю, ощущая его боль на себе. Сердце обдаёт жидким азотом. Превращаясь в ледышку, раскалывается пополам…
— Она зашла к себе. Я лично проводил до двери. Кто ж знал, что у вас с ним «смежные номера». Выходит, кто-то поспособствовал открыть им дверь.
— Кто?
— Выясню.
— Собирайся!!! — уже прилетает мне.
Вздрагиваю, встречаясь с Русланом глазами. Сознание разбивает паника.
Во взгляде Исаева полный Армагеддон. Разрушение планет и даже целых галактик. Чего там только не транслируется! От пылающей, больной ненависти до глубочайшего презрения. Всё, кроме сожаления и сострадания. Адская, клубящаяся, непроглядная тьма. За которой души не видно. Непробиваемое стекло.
Он подходит ко мне, едва я прижимаюсь спиной к изголовью кровати. Рефлекторно скрещиваю на груди руки. Меня колотит так, что даже зубы стучат.
— Я никуда с-с тобой не п-поеду, — задушенно бормочу, пытаясь от него отгородиться. Спазм желудка вынуждает согнуться пополам и простонать.
— Тебя не спрашивают! — рявкает, хватая меня за локоть. Неделикатно сдергивает с кровати на пол.
Голова кругом. Ноги ватные. Падаю, врезаясь коленями в стразы на платье. Чашечки простреливает острой болью. Порезы кожи затмевают все остальные ощущения.
Взвыв, натыкаюсь взглядом на туфли Руслана. Они бесцеремонно топчутся по деликатной шёлковой ткани подвенечного наряда как по моей истерзанной душе…
Больно. Адово больно… Как на костре. Не телу. Мне. Моей обугленной сущности.
Через силу вскидываю голову, пытаясь рассмотреть в расплывчатом изображении лицо своего мучителя.
— Ты убил моего мужа, — хриплю зажатым горлом. — Твои люди его подставили. Свекровь была права! — срываю голос. Слёзы меня ослепляют. Улавливаю, как нерушимый чёрный монолит склоняется над моим поруганным телом. Схватив меня за плечи, дёргает вверх. Ставит на ноги, но не отпускает. Потому что я тут же рухну обратно на пол. А хватка настолько сильная, что у меня мышцы сводит от боли.
— Ты спятила? — зло шипит мне в лицо. — Я мог их пустить по миру одним щелчком.
