7
0Прости меня, малышка. Не выходи за него. Давай сбежим. Начнём всё сначала. Ты и я. Только мы вдвоём. Детей нарожаем. Я знаю, как денег заработать. Перепродам землю и займусь риелторством. Со временем открою фирму. Ты не будешь больше работать. Я сам. Сам, Машенька. Всё сам. Буду землей торговать. Будут деньги. Верь мне. Только давай сбежим…»
Куда он собрался бежать? Зачем?
— Маша? — голос Руслана заглушает голос Петра в голове.
Распахиваю веки. Он приподнимает моё лицо за подбородок. Заглядывает в глаза. Образ Руслана плывёт. Я не знаю, что думать. Вчера его заявление по поводу бывшей свекрови ввергло меня в шок: «Эта конченая тварь первым делом лишится своей должности…»
Боже, я не хочу думать, что Рус к этому причастен. Не мог он лишить её сына, только потому, что эта женщина лишала радости материнства. Не только ведь меня. Тот случай, в роддоме. О котором рассказал мне Руслан. Смерть новорождённого ребёнка должна оставаться на её совести. Дети не несут ответственность за грехи родителей. Или же несут? Что должно было стать вторым делом?
— Маша, ты меня слышишь? Всё в порядке? Ответь."
"Отрываюсь от тёплой груди Исаева. Меня вырывает прямо на пол в коридоре патологоанатомического корпуса. Желудок выворачивается наизнанку. В глазах темнеет. В голове сплошной гул. Так плохо, что я едва держусь на ногах.
— Не хочу… — лепечу, отрывисто хватая воздух ртом. Затем снова вырываю. Кажется, что лёгкие с желудком вот-вот вылезут через рот…
— Твою ж мать… — негромко цедит Руслан. — Её в больницу надо. Слишком бледная. Не нравится мне всё это, — говорит Дану.
— Не нужно… — вытерев тыльной стороной ладони рот, жмусь к Русу обратно. Он обнимает. Дрожь в теле усиливается. Зарываюсь лицом в тёплое кашемировое пальто.
— Я не хочу опознавать труп, — хриплю я, чувствуя приближение истерики. — Пусть это сделает его мать. Я же сказала полиции всё, что знала. Я хочу уехать отсюда. Пожалуйста… Увези меня. Только не в больницу. Подальше отсюда… Я не выношу это место… Не выношу.
— Маша, пусть тебя врач посмотрит, — настаивает Исаев. Я отрицательно верчу головой. Я устала. Морально истощилась. Хочу залезть под одеяло и тупо уснуть.
— Мне уже лучше. Не стоит. Пожалуйста, поехали. Я замёрзла. Не хочу никого видеть. Тем более медперсонал.
— Дан, уладь всё. Я заберу её домой. На сегодня с неё хватит.
— Лучше бы ты её в неотложку или к Грачёву. Хреново, когда от нервов блюет.
— Если повторится, вызову скорую.
— Давай.
В машине тепло. Даже жарко становится. Расстёгиваю шубку. Руслан, найдя бутылку с водой, требует, чтобы я выпила немного жидкости. Подчиняюсь.
