7
0А всё казалось таким вкусным и свежим…
Чтобы облегчить своё состояние, умываюсь прохладной водой, полощу рот. Организм мгновенно теряет силы, но стоит лучам от фар внедорожника черкнуть по окну и озарить тёмный двор бликом яркого света, как я тотчас оживляюсь, будто на батарейках.
«Руслан приехал… Господи, он приехал…» — первая мысль, которая приходит мне в голову. Сердце взмывает к горлу и начинает биться, как сумасшедшее. Думаю о нём, и кожа покрывается мурашками.
Только бы не пьян. Только бы от него не несло другими женщинами.
Вспоминаю, что видела в холодильнике минералку. Выуживаю её оттуда. Открутив крышку, делаю несколько жадных глотков, затем покидаю кухню и быстрым шагом возвращаюсь к лестнице, чтобы скрыться за дверью спальни. Но не успеваю я пересечь и половину гостиной, как дверь позади меня негромко хлопает. Я оборачиваюсь и замечаю перед собой застывшего Исаева. В руках шикарный букет цветов. Разбитые костяшки с присохшей кровью. На лбу сочится алым царапина. Сглатываю, покрываясь ледяным ознобом. Встречаемся взглядами. Мой до безумия растерянный. Его тёмный, как самая глухая ночь.
* * *Руслан непрерывно пялится на меня. Манящие, дерзкие глаза с жадностью изучают мою фигуру. Мне становится душно. Бросает то в жар, то резко в холод. Пульс сбивается. Щёки заливает густым румянцем. Под его осязаемым взглядом я вся горю. От макушки до кончиков пальцев пылаю.
Так только у него получается смотреть. Не знаю почему. Больше меня никто настолько откровенно не разглядывал, чтобы дыхание перехватывало и пульс частил.
Никто и никогда…
Перевожу взгляд на ссадину, потом снова на мужские руки. Ощущения «каши в голове» усиливаются. От вида крови выныриваю из марева грёз. Сердце снова сжимается в комок. В груди начинает жечь. Воздух становится густым, не внедряемым в лёгкие.
Он дрался? С кем? Зачем? Почему?
Для чего ему охрана, когда у самого кулаки разбиты в кровь?
Испытав чувство жалости, временно задвигаю сегодняшнюю злость на задний план. Только для того, чтобы выяснить обстоятельства, при которых он получил боевые отметины.
— Почему ты не спишь? — первым разрывает молчание Руслан. Он начинает хмуриться, внимательно считывая моё внутреннее замешательство. Оно явно отражается на моём лице. Транслирует всё, о чём я думаю.
— Снились кошмары, — приходится лгать. Не признаваться же ему, что я волновалась, злилась, сходила с ума от одиночества и тупо ревновала. Ждала его, поэтому не смогла уснуть.
После короткой заминки Исаев неспешно срывается с места, подходит вплотную. Ещё какое-то время внимательно сканирует моё лицо, словно пытается убедиться всё ли со мной в порядке, а затем накрывает ладонью затылок, притягивает к своим губам, мягко и неторопливо целует, обвивая второй рукой талию.
