4
0
Ошеломленный водитель уже ничего не ответил, получил деньги да смотался поскорее.
Впереди темноту рощицы резали многочисленные лучики фонариков. Кривая размокшая тропка вела меня прямо туда. Я подошел к кольцу людей в форме и штатском и огляделся. Горохова с нашей бандой еще не было. Пока всех соберет из дома – мы тут успеем поработать. Зато здесь были дежурные наряды и старший следователь прокуратуры по особо важным делам, товарищ Дубов с неизменной своей прекрасной помощницей Галей. Та уже строчила протокол осмотра, и опять с головой ушла в работу, отрешившись от происходящего вокруг. Интересно, она когда-нибудь улыбается вообще?
— А, Петров! — Дубов протянул лапу. — Ты один? А где Паутов?
Наконец-то он стал меня узнавать. Прогресс.
— Наверное, скоро будет, — пожал я плечами. — Я здесь не как криминалист.
— Не понял?
— Я прикомандирован к группе Горохова Никиты Егоровича.
— А-а-а… — ухмыльнулся Дубов. — Так ты теперь на конкурентов работаешь.
— Почему на конкурентов? — пожал я плечами. — Одно дело делаем.
— Выскочка этот твой Горохов – пробурчал Дубов, как будто себе под нос. – Что мы, без Москвы тут сами не разберемся?
— Ну, пока же преступник не найден.
— Это потому, что каждый на себя одеяло тянет. Понаехали из Москвы, дела у нас забрали. А мы что тут, пальцем деланные? Не тупее чугунка! И это дело у нас заберут, чую. Почерк тот же. Молодая, стройная, наверное, красивая, не буду утверждать, лицо от удушения опухло. Все как в прошлые разы, присоединят убийство к делу душителя. Но пока у нас есть ночь, чтобы поковырять его. Иди, осмотрись, конкурент.
— Личность убитой установили?
— Пока нет. Документов с собой у нее не оказалось. Но сумочка при ней, и кошелек на месте.
Я раздвинул плечами плотное кольцо и протиснулся к месту, где лежало тело. Девушка, одетая в модный плащ и туфли на высоком каблуке. Открытые глаза уставились в ночное небо невидящим взглядом, с застывшим в них ужасом. Длинные волосы разметались по пожухлой траве. На шее краснела борозда смерти. Знакомый молодой судмедэксперт топтался рядом с “оцеплением” и не смел пока подходить к телу, чтобы не уничтожить возможные следы. Ждали приезда криминалиста, без него Дубов строго-настрого запретил подходить к трупу.
— Разрешите ваш фонарик? — обратился я к одному из людей в штатском, сверкнув перед ним своими корками.
Тот уступил мне прибор, не вдаваясь, что там написано у меня в удостоверении.
— Товарищи, — обратился я к присутствующим. — Посветите мне тоже, если не сложно.
Я присел на корточки и пустил луч по земле сбоку. Такой прием косо падающего освещения неплохо высвечивал следы, даже если они были со слабовыраженным рельефом. Вслед за моим лучиком потянулись светлые пятна от фонариков коллег.
