4
0Наметанный глаз сразу определил, что от подобных “господ” чаевых ждать не стоит. Возрастом не вышли. Да и, судя по простенькой одежонке, пришил в ресторан не деньгами сорить.
В семидесятые чаевые официантам еще давали, хотя они и вызывали у общественности порицание. Скоро чаевые вообще к взяткам приравняют.
— Мы к Гоше, — буркнул я, и “пингвин” махом испарился.
Погодин вообще пока благоразумно отмалчивался.
Мы подошли к дальнему углу. Свет здесь еще чуть тусклее, чем в зале. У стены сдвинуты два столика. Гоша восседал посередине. По бокам от него два мордоворота в цветастых мажористых пиджаках. Гоша по сравнению с ними выглядел серо, как ворона на фоне бойцовских петухов.
Мордовороты безучастно посмотрели на нас и, не увидев опасности в двух неброских парнишках, продолжали беспечно глазеть на сцену. Там уже происходило действо поинтереснее.
Саксофонист смылся, а вместо него выскочили три интересного вида девицы в урезанных до предела приличия костюмах русских “снегурочек”. Танцевали и прыгали, так, что мячики грудей едва не вываливались из глубоких декольте, а короткие юбки заголяли белые треугольники трусиков. Вроде как в одежде танцуют, но почему-то на стриптиз похоже, которого еще пока в СССР нет. Хотя в Сочи был, вроде. Подпольный, естественно…
Погодин уставился на девок, как бездомный кот на жирных воробушков. Мне пришлось даже дернуть его за рукав, чтобы отвлечь от сцены.
Заметив меня, Гоша вскинул брови. Никак не ожидал так скоро увидеть. На его лице промелькнула радость, которую он тут же спрятал за маской безразличия. Встал и протянул мне руку. Я пожал его ладонь. Погодин тоже протянул катале руку. Но тот лишь кивнул в его сторону:
— Привет, Курсант, это кто с тобой?
— Коллега, — ответил я. — Разговор есть. По нашему общему делу."
"Гоша махнул рукой, и мордовороты послушно встали и отошли от столика метров на десять. Развернулись к нам спиной и смотрели на полуголых девиц на сцене, не отлипая. Музыка заиграла громче, они нас не слышали.
— Этот тоже пусть отойдет, — нахмурился Гоша в сторону Погодина.
— Он свой, — заверил я его. — В курсе происходящего.
— Неважно, никогда Гоша Индия перед ментом не будет разговаривать.
— Так я же тоже, типа, мент.
— Ты — другое дело.
— Ладно… Хозяин – барин, — я повернулся к Погодину. — Федор Сергеевич, оставьте нас на минутку. Танцы посмотрите пока.
Уговаривать Федю не пришлось. Он с радостью сквозанул поближе к сцене, где “снегурочки” уже затеяли что-то типа кан-кана. Задорно оголяли упругие ляжки, демонстрируя предметы нижнего белья.
— Рассказывай, — Гоша с нетерпением уставился на меня и больше не изображал безразличие.
