2
0Ему явно приятно видеть, что она смягчилась. Лишь кивает, словно подтверждая, что всё идёт так, как он рассчитывал.
— Если что-то нужно — скажи, — говорит он спокойно, — мы можем поменять, добавить что-то ещё.
Катя пожимает плечами, будто ей всё равно, но я замечаю, как её глаза снова быстро пробегают по комнате, изучая каждый уголок.
— Ладно, — бурчит она, направляясь обратно в свою комнату, — я спать пошла.
Я тихо смеюсь про себя, глядя на её попытки сохранить вид независимой девочки.
— Спасибо, Эмир, — шепчу ему, когда Катя скрывается за дверью.
Он снова притягивает меня к себе, чуть наклоняется и тихо произносит:
— Мы с ней точно поладим. Пойдём на улицу, — шепчет.
Я удивлённо поднимаю на него взгляд.
— Сейчас? — Спрашиваю, хотя и так понимаю, что вопрос лишний. Эмир уже двигается к выходу, бросая взгляд через плечо, следит, чтобы я не осталась на месте стоять.
Вздыхаю и тихонько, чтобы не разбудить детей, направляюсь вслед за ним."
"Мы выходим на улицу. Вокруг тихо, прохладный вечерний воздух обволакивает нас лёгким холодком, который сразу же бодрит.
Мы молчим несколько минут, пока не оказываемся у большого дерева, где, остановившись, он вдруг поднимает голову вверх.
— Посмотри, — говорит тихо, как будто только для себя.
Поднимаю голову. Небо усеяно звёздами, и их свет кажется таким спокойным и умиротворяющим на фоне всего того хаоса, что происходит в моей жизни. Внутри сердце колотится как ненормальное.
— Эмир, — тихонько произношу, — расскажи мне… Расскажи, как всё было. Как ты в себя пришёл. Что чувствовал. Как ты вообще… — В горле царапает. Для меня эта тема тяжёлая.
— Марат тебе сказал то, что должен был, — произносит тихо. — Вернуть всё назад, я бы этого не изменил.
Я себя за плечи обнимаю, потому что холодно становится. В момент. Как будто поток холодного воздуха в лицо ударяет.
— Я бы не позволил тебе у моей койки сидеть. Ждать чуда.
— Почему?
— Я лежал в коме дохерища месяцев… овощем был. Когда очнулся, нихера не помнил. Постоянные капельницы. Таблетки. Поверь, ты бы не хотела меня таким видеть. Вечная злость на себя и всех вокруг. Марат был рядом. Каждый раз я его слал, но он возвращался. Все фотки новые таскал. — Эмир усмехается и смотрит мне прямо в глаза. — У меня даже при потере памяти шанса не было. Когда Марат твою фотку показал, меня сразу как током ебануло.
— Ты меня вспомнил сразу? — Голос дрожит, а глаза щипать начинает.
— Нет, но внутри что-то перевернулось. Это были первые яркие эмоции за долгое время, что я в грёбаной клинике валялся. Марат не хотел про тебя рассказывать. Оттягивал как мог. Но после сдался. Начал посвящать. Воспоминания с тобой, связанные первыми, возвращаться начали.
В глазах щиплет всё сильнее. Это признание — удар под дых.
