2
0Восстание зомби! Кто о таком по телефону сообщает?
— Кончай паясничать. Ты в курсе о Буйном, я понял. Я не ценю нежданные визиты. Особенно когда ты при других людях собираешься обсуждать внутряковые дела.
— О, конечно. — Я медленно киваю. Приближаюсь к столу, бросая сумочку на отполированную поверхность.
От гнева я даже подрагиваю немного. Холодная, колючая ярость расплывается по телу. Эмир врал мне четыре года. Скрывался и не попадался на глаза. Но Марат… Марат виделся со мной. Он постоянно был рядом. Он смотрел на меня, мне в глаза! И ни разу не решил сказать, что меня испепеляет болью понапрасну. Просто наблюдал. Этот сукин сын молча стоял рядом на похоронах! Ну, ничего, я и на его похороны приду. С удовольствием! Если меня не посадят за убийство с особой жестокостью, конечно.
— А знаешь, Марат, — мой голос падает до угрожающего шёпота. — Я тоже много чего не ценю. Например, когда мне врут. Глядя в глаза врут!
— Я делал то, что считал нужным.
— Ты, блядь, видел меня! Видел, как мне хреново! Как я страдала. И ты ни слова не сказал. Ты просто… Наблюдал. А после… После приходил и предлагал помощь. Заботу проявлял. Ты врал мне! — Я бью ладонью по столу, сметая какие-то бумаги. Вибрация доходит до самой кости, покусывает болью.
Мы с Маратом не друзья. Он был словно единственным звеном между мной и Буйным. Тем, кто знал его. Был живым напоминанием, что я ничего не придумала себе, не свихнулась. В каком-то смысле поддержкой. И как же бесит меня его лицемерие. Обещание помочь, эти лживые попытки поддержать… Когда он мог рассказать мне правду.
""Если что-то будет нужно — я помогу""
Ну я помогу ему умереть.
— Не забывайся, Злата, — чеканит, мгновенно дар речи отнимает. — Ты можешь мозги Эмиру ебать. Ему, может, и зайдёт. Раз твои истерики выслушивает. Но мне такой херни не надо. Я не подписывался.
Я хмыкаю. Опускаю взгляд на крупную ладонь. Никакого кольца. Кажется, Марат не нашёл за столько лет ту, что выдержит его гадкий характер. Или, как говорит мужчина… Манал он в кабалу из-за отношений впрягаться.
— Я забываюсь? — Хмыкаю. — Нет, я пытаюсь понять. Как ты мог так поступить? Я верила тебе. Доверяла, потому что Эмир так сказал. А ты просто предал моё доверие. И я не понимаю почему. Почему ты соврал. Зачем эти похороны были нужны.
— Потому что Эмир мой друг, — произносит рвано, теряя самообладание. — И его жизнь для меня выше твоих надуманных страданий.
— Надуманных?!
— Ты прыгнула в чужую койку через сколько? Сразу? Замуж побежала.
— Ты знаешь…
— Когда тест малому сделал, тогда понял. Прикрывала тыл.
