На крючке

- Ты неправ в одном. Не футбол создает тебя. Ты создаешь футбол.

Он бормочет что-то ироничное, не соглашаясь со мной, но я качаю головой и прикасаюсь губами к его уху.

- Кто угодно может взять мяч и бросить его. Но ты? Ты превращаешь такое простое действие в волшебство. Нечто чудесное.

Он дрожит, вздох срывается с его уст. Звук печали и облегчения. Я обнимаю его крепче, целуя в подбородок.

- Это ты, детка. Твой свет. Твоя радость. Твоя душа. Ты привносишь это во все, чего касаешься. В игру, в своих друзей, в меня. Обещаю, это не закончится футболом.

- Анна, - он тянет меня через подлокотник к себе на колени и снова прячет лицо в изгибе моей шеи. - Я так тебя люблю. Кажется, что моя жизнь по-настоящему началась лишь тогда, когда ты вошла в нее. Я хочу то, что было у моих родителей, Анна. Я хочу это с тобой и только с тобой, - он гладит меня по волосам, его дыхание разжигает жар на моей коже. - Я собираюсь сегодня туда, чтобы избавиться от своего дерьма для меня и для нас.

- Дрю, - я целую его в щеку, в нос, медленно и нежно, и он позволяет мне это, закрывая глаза и принимая каждое прикосновение, как бальзам. Кладя ладонь на его подбородок, я прижимаюсь своим лбом к его. - Ты - лучший мужчина, которого я когда-либо знала. Ты помог мне стать тем человеком, которым я всегда хотела быть. Ты для меня все, Дрю, - мое дыхание прерывистое от разочарования. - Я даже не знаю, как рассказать тебе о том, сколько ты значишь для меня."

"Он улыбается, целуя меня - трепетный легкий поцелуй - словно Дрю наконец-то может дышать свободно.

- Просто будь со мной, и я буду знать об этом. Просто будь со мной.

А разве я могу иначе? Сейчас он - часть меня.

- Всегда буду.

Эпилог

Через два года.

СЕЙЧАС НОЧЬ ВОСКРЕСЕНЬЯ, и я купаюсь в свете белых ярких ламп. Воздух свеж и наполняет мои легкие сладким чувством жжения, когда я улавливаю запах жаренной еды, пива и человеческого пота. Электричество гудит вокруг меня, оно исходит от радостной и возбужденной толпы в восемьдесят тысяч человек. Это огромная аудитория. Нереальное скопление людских эмоций в одном месте, и мы все сосредоточены на действиях двадцати двух человек на изумрудно-зеленом поле.

Но мое внимание привлекает лишь один из них. Его шлем скрывает лицо, но для меня он по-прежнему великолепен. Высокий и сильный. Его движение - поэтичность и грация. Он владеет мячом. Он приказывает, и мяч его слушается.

И я так взволнована, что просто не могу неподвижно стоять.

- Продолжишь и дальше так подскакивать, - произносит чей-то голос мне на ухо, - и твое кресло провалиться под тобой.

Грей смеется, говоря это, и я не могу сдержать усмешки. Он прилетел из Сан-Франциско, где базируется его новая команда, чтобы побыть здесь с нами.

- Он порвет их, Грей.

- Ага, он такой, - говорит Грей, усмехаясь.