На крючке

Простыни шуршат, когда Анна поворачивается, через мгновение она оказывается рядом со мной, ее теплая рука скользит по моему животу. Я люблю то, как она ко мне прикасается, то, как она находит самые чувствительные места моего тела. Я подсовываю руку ей под шею и притягиваю ее тело ближе, устраиваясь удобнее, когда она кладет голову мне на плечо. Лакомый изгиб ее попки заполняет мою ладонь и я слегка сжимаю ее плоть.

- Я извинюсь перед Греем завтра, - это будет непросто, потому что мы почти никогда не ссоримся, а я был сегодня супер придурком.

Груди Анны прижимаются к моему боку, и она вздыхает. На ней надета одна из ее любимых тонких ночных рубашек, которая не блокирует от меня тепло ее тела, и я с трудом противостою влечению, когда кончики ее пальцев начинают вырисовывать круги чуть ниже моего пупка.

- Мы все, бывает, лажаем тем или иным образом, - говорит она. - Единственная разница в том, как глубоко наше безумие заходит, и как мы справляемся с этим дерьмом. Если честно, думаю, сумасшествие приходит и уходит и так по кругу.

Я издаю некий звук, что-то между смехом и фырканьем.

- Должно быть тогда, сейчас мое время в этом месяце.

- Ммм... - Анна продолжает поглаживать мою кожу. - Мне не следовало приглашать сюда Грея, не спросив тебя. Прости.

Я не могу сдержаться. Одним движением я возвышаюсь над ней, и ее бедра раздвигаются, пропуская мои, пока я упираюсь предплечьями по бокам от нее, чтобы не придавить ее грудь своей. Ее глаза блестят во тьме, а волосы создают дикий ореол вокруг ее бледного лица.

- Твоя нога, - протестует она напротив моих губ.

- Она в порядке, - я наклоняюсь к ее губам и запускаю язык в ее сладкий рот. У нее слабый вкус мятной зубной пасты, но он смешан с чистым исключительным привкусом самой Анны. Поцелуй ее полных губ просветляет мою голову. Она идет кругом, когда моя эрекция трется о ее завитки и гладкие жаждущие складочки. Она так же легко становится влажной для меня, как я - твердым для нее, и я никогда не привыкну к этому.

Аккуратно я раскачиваюсь напротив нее, скользя по ее киске, в которой так жажду оказаться. Мои руки задирают ее рубашку и гладят шелковистую кожу. Ее изгибы такие мягкие и теплые по сравнению с моим твердым и жестким телом.

- Анна, - я целую уголок ее губ, а затем второй. - Я не заслуживаю тебя.

Она сжимает мои щеки, ее большие пальцы прикасаются к моему подбородку.

- Вероятно, нет, - говорит она, еще раз целуя меня. - Я могу быть еще той занозой в заднице.

- Всегда шутишь, - шепчу я, прежде чем углубить наш поцелуй и приподнять свои бедра достаточно, чтобы головка моего члена нашла ее влажный вход. Со стоном я погружаюсь в нее. Так туго. Так совершенно.

Озноб пробегает по моему позвоночнику. Я двигаюсь легко, занимаясь с ней любовью с таким обожанием, от которого содрогаюсь и потею.