На крючке

Я делаю глоток воды, абстрагируясь от болтовни вокруг. Что она делает по вечерам в свои выходные? Часто ли ходит в клубы? Проводит ли время в кофейнях, упрекая неповинных мужчин в несправедливости системы ""стеклянный потолок"" (Стеклянный потолок — феминистский термин, введенный в начале 1980-х годов для описания невидимого и формально никак не обозначенного барьера (""потолка"" в карьере), ограничивающего продвижение женщин по служебной лестнице - прим.пер.). От этой мысли я улыбаюсь. Мне нравится то, как морщится ее носик, когда Анна раздражается и то, как ее широкие глаза сужаются до размера щелочек. Так, будто она без колебаний даст под зад первому попавшемуся мужику, если посчитает, что он это заслужил. Очень возбуждающе."

"Вода в моей бутылке теплая и на вкус напоминает пластик. Я ставлю ее на стол, прикладывая больше силы, чем на то требуется. Во мне нарастает сексуальное возбуждение с примесью раздражения. Я не хочу быть здесь. Я слышал уже все эти истории и шутки тысячи раз. И хоть люблю своих друзей, но сейчас мне с ними скучно. Я хочу выследить Анну Джонс, загнать ее в клетку и посмотреть, набросится ли она на меня. Но я даже не знаю, откуда начинать ее искать. И это раздражает.

Я подумываю сказать Грею, что мы увидимся завтра, и отправиться в постель, чтобы по крайней мере восполнить недостаток сна, когда ощущаю знакомое напряжение в паху и мурашки на спине.

Я не знаю почему и как, но чувствую ее близость. Просто знаю, когда она рядом. Подобно тому как магнит тянет к металлу, мое тело и голова поворачиваются в ее сторону. И когда я вижу ее, все вокруг замирает. Мое сердце останавливается. Мой разум прекращает работать. Стукните меня по голове. Хоть кто-то может воткнуть в меня вилку? С меня хватит.

Она одета не в свои обычные джинсы и футболку и даже не в типичный для нее мягкий свитер. На ней какой-то обтягивающий топ, едва вмещающий ее грудь, ее бледную прекрасную грудь, подпрыгивающую и покачивающуюся при каждом шаге. Ее грудь, которая рано или поздно доведет меня до смерти. Боюсь, я простонал вслух.

И черт меня побери, я не единственный, кто ее заметил. Слишком много взглядов приковано к груди Анны. На что мышцы моей груди сжимаются в кулак. Я не один из них, возможно хуже, потому что смотреть на нее стало моей привычкой. Но у меня чешутся руки от желания оторвать им головы, так, чтобы на нее смотрел только я один. А еще мне невыносимо хочется снять свою рубашку и завернуть в нее Анну.

Она проходит вглубь комнаты, и я замечаю, что на ней надета юбка. Роскошная черная вещица, обтягивающая ее попку и колышущаяся вокруг бедер. Я вижу ее стройные и одновременно с тем мягкие бедра, которые так приятно бы ощущались вокруг моей талии, крепко сжимая мое тело в своих тисках. Иисусееее.