На крючке

Она пыталась свести его со мной в течение нескольких месяцев. Я отказывала из-за Дрю. О котором не буду сегодня думать.

- Мы познакомились на первом курсе, - я делаю глоток пива. Оно уже выдохлось. - Во время ориентации.

- Круто, - он отбрасывает назад прядь своих волос. Это такой идеальный жест, одновременно демонстрирующий рельефность его сильных мышц и ухоженность волос, что в результате я гадаю, тренировался ли он перед зеркалом. Ненормальный и нетактичный порыв склоняет меня к тому, чтобы спросить, играет ли он на гитаре те скверные версии песни Crash Into You (Втюриться в тебя).

Но тут я замечаю его и быстро моргаю, стараясь прояснить зрение от света со сцены. Он стоит у бара, и он привел с собой друга. Однако когда ее рука ложится на его задницу, я думаю, что зря использовала слово ""друг"". Кажется, что он не возражает против ее шаловливых рук. Его улыбка ленивая и легкая, когда Дрю подает ей пиво и наклоняется, чтобы услышать, что она нашепчет ему на ухо. Он немного смеется, от чего его широкие плечи вздрагивают.

Мне следует отвести взгляд. Но как всегда, моя шея не повинуется. Нет, я просто сижу и наблюдаю за тем, как они болтают, а ее руки обходятся еще более фамильярно с его задницей. Я едва ли замечаю, что Камэрон все еще играет с краем воротничка моей футболки, так что кончики его пальцев задевают мою кожу или то, что он по-прежнему рассказывает о своих любимых группах.

Мне нужно сделать усилие, чтобы вернуть свое внимание к собственному свиданию. Было бы отстойно, если бы Дрю увидел, что я подглядываю. Я почти отворачиваюсь, когда Дрю неспешно обводит взглядом толпу, и его глаза фокусируются на мне.

Что ж, меня поймали, теперь я могу лишь просто отвести взгляд. Он стоит более чем в двадцати футах от меня. Воздух наполнен дымом, а освещение тусклое. Головы людей раскачиваются и мелькают между нами, пока народ перемещается по бару. Но тем не менее, есть ощущение, что он прямо передо мной.

Понравилась ли ему книга?

Как и Дрю, я купила ее задолго  заранее. Но, в отличие от Дрю, я слишком трусила подарить ее ему. Пока он не подарил мне свой подарок. Я должна была справиться со своими переживаниями и вручить ее ему лично, но мне не хватило смелости взглянуть ему в лицо.

Боль в моей груди разгорается, а руки трясутся. Я не могу пошевелиться, зачарованная его взором. Я хочу подойти к нему так сильно, что мои бедра напрягаются, словно я собираюсь встать с кресла. Но в следующее мгновение наша связь рушится.

Он обращает внимание на Камэрона. Или скорее, на его руку. Даже с такого расстояния, я знаю, на что именно он смотрит: Камэрон меня касается."

"Глаза Дрю прищуриваются.