0
0
Уловка срабатывает и мужчины переключаются на обсуждение дороги, возможности разбойных нападений, которые в нашем случае почти нереальны, потом кто-то вспоминает, что слышал, будто у каких-то путников в прошлом году детей украли. потом и вовсе откровенные байки начинают травить. Я вся обращаюсь во внимание, параллельно прислушиваясь к себе, и тревога отзывается царапающим зудом на подкорке. Но разобрать на что именно из услышанного, пока не получается.
Посиделки у костра вопреки моим опасениям надолго не затягиваются. Вскоре мужики начинают зевать и постепенно разбредаются спать. Уношу ноги и я, прихватив своё одеяло и улучив минуту, пока решивший взять надо мной шефство Асхаб отвлёкся на разговор с Мухиром. Ну, надо сказать, что уношу я их весьма нетрезвой походкой. Йошкин кот, это тело точно хрупкое и нежное до не могу. С одной кружки захмелеть, это сильно. Эх. Надо проспаться.
С этой здравой мыслью я нахожу то самое место, где мы с Гапкой и Лялькой ужинали. Тут между двух деревьев и парочки валунов весьма уютно. И даже нежное принцессное тело не ломит от сна на твёрдой земле. Чудесный всё-таки напиток. С глупой улыбкой на лице я заворачиваюсь в одеяло и засыпаю.
И просыпаюсь, чувствуя, что что-то не так.
Глава 11
Резко сев, морщусь от неприятной тяжести в голове. Но лёгкое похмелье — это последнее, что для меня имеет сейчас значение. Я прислушиваюсь. Вокруг стрекочут цикады, в кронах деревьев надо мной тихо шумит ветер. Ничего, что бы могло вызывать тревогу, не слышно. Ушами. Но всё во мне кричит, что грядёт какая-то опасность. Поправив куфию, поднимаюсь с земли и осторожно, почти крадучись, направляюсь к лагерю. Вокруг потухшего костра спят мужчины, от горы, похожей на Асхаба доносится раскатистый храп, ему подхрапывают ещё несколько голосов. Никаких часовых не замечаю. Ну служители Явара же должны были кого-то оставить на посту? Иду дальше, туда, где виднеются белые рясы сидящих у такого же потухшего костра храмовников. На моё приближение они ровным счётом никак не реагируют. И, подходя ближе, я начинаю понимать, почему. Так называемые часовые, прислонившись друг к другу, просто спят. А внутри всё уже скручивает от тревожного предчувствия. Не думая, бросаюсь к ним и принимаюсь по очереди трясти обоих, но добиваюсь лишь того, что мужчины заваливаются наземь. Они спят? Или… Присев, трясущимися пальцами нахожу шею одного и нащупываю мерное биение пульса. Спят. Просто… нет совсем не просто. Вспоминаю вчерашний напиток, от которого отказалась. Который был для всех? Снотворное? Зачем? Чего ждать? Что делать?
— Просыпайтесь!!! Просыпайтесь!!! Тревога!!! — ору я, что есть мочи.
Стараясь не паниковать, вскакиваю на ноги и бросаюсь к остальным храмовникам.
