Найди меня, мой принц

Продать драгоценности, как она сказала, мы нигде в Гьяране не сможем из-за магической метки, а даже если сможем, нас тут же выдадут. Так что вопрос денег озаботил меня ещё сильнее. И тут Гапка огорошила меня, заявив, что деньги у неё есть и много. Дворцовой прислуге платят хорошо, а она долгие годы была няней принцесс. А поскольку самой ей ничего и не надо, то женщина просто откладывала, собираясь завещать их дочери, а теперь они вот нам помогут сбежать. Мне неловко было соглашаться на её предложение, но другого выхода я пока не видела. Пришлось утешать себя мыслью, что я с Гапкой обязательно сочтусь.

После того, как все важные моменты были наконец согласованы, старушка, посоветовав, кого из служанок лучше звать, если что-то понадобится, обняла свою госпожу Мирэн в моём лице и ушла к себе, чтобы, захватив самое необходимое, исчезнуть из дворца. Одной заботой стало меньше. Теперь все зависит лишь от того, смогу ли я воплотить задуманное в жизнь.

А для этого мне необходимо оценить стену, по которой придётся спускаться, и приготовиться к самому спуску. Да и проведать Лалерин нужно, чтобы убедиться, что с ней после вчерашнего всё хорошо. К девочке я отправилась сразу, как ушла Гапка, сообщив вскользь о своём намерении при служанках, чтобы меня не искали. Сегодня надо ещё побыть послушной паинькой.

Дело идёт к обеду, и кроха должна уже проснуться. В коридоре у дверей моих покоев стражи действительно не наблюдается, так что в комнаты Лале я добираюсь беспрепятственно. А увидев малышку, внезапно застываю, любуясь этим милым созданием. Она сидит на своей кровати и сосредоточенно расчёсывает волосы красивой кукле в жёлтом платьице.

— Здравствуй, Лале, — присаживаюсь я рядом с ней, игнорируя няню, застывшую у кровати с постным лицом.

— Здравствуй, тётя Мирэн, — бросив на меня мимолётный взгляд, здоровается малышка.

— Как ты себя чувствуешь? Выспалась?

Лале пожимает плечиками. И продолжает равномерно скользить гребнем по вполне натуральным на вид волосам игрушки.

— Какая красивая у тебя кукла. Как её зовут? — интересуюсь я, вглядываясь в личико ребёнка и пытаясь понять, легче ли ей.

— Ясмина, — тихо произносит ребёнок.

— Какое восхитительное имя, — с восхищением хвалю искусно-сделанную тряпичную куколку. — Она у тебя, наверное, любит прихорашиваться.

Лале кивает, а я обращаю взгляд на няню, ловя ту за разглядыванием моей скромной персоны. Прищуриваюсь недовольно, вскинув бровь, и грымза бледнеет.

— Лалерин уже завтракала? — спрашиваю я у настороженной женщины.

— Да, ваше высочество, — склоняет та голову.

— Я хочу знать её распорядок дня.