0
0Вынырнув на секунду из своего странного транса, я увидела огромный бассейн с фонтаном посредине. И Корима с Гедашем, которые вдвоём несли отца.
— Усадите его под поток воды… и держите… оба. Вы нужны ему… — потребовала я у босварийских принцев, вкладывая силу в каждое слово. Не таясь больше. — Тай, пусти меня к нему. И будь рядом, пожалуйста.
Потому, что ты нужен мне. Очень нужен.
А дальше была борьба. Я стягивала с короля гниль проклятия, сдирала её слой за слоем, вырывала с клочьями из его ауры, оплакивая вместо него всех Босвари, судьбы которым поломала эта мерзость. Я прощала его! Я прощала его предка, от имени той ведьмы, которая прокляла своего возлюбленного, умирая в родовых муках! Я прощала за то, что тот предал её любовь, уничтожил и растоптал, оставив с растерзанной душой и в горьком одиночестве. Я прощала весь его род за то, что гнобили моё племя. И я отчаянно желала дать им второй шанс. Снять проклятие. Чтобы любовь мужчин из этого рода больше не губила их и их возлюбленных. Я отчаянно хотела исправить, всё что наворотила одна из последних ведьм этого мира, проклиная этот род на много поколений вперёд и усугубляя вражду между магами и ведьмами. Дети не в ответе за деяния отцов! Я так считаю!!!
Не знаю, сколько времени прошло. Мои руки уже онемели. Тело ломит нестерпимой болью, пульсирующей в висках. А сердце истекает болью от того, сколько всего пришлось через себя пропустить, сколько силы отдать. Почти до дна. Но это не страшно. Откуда-то знаю, что прибудет ещё больше.
Обморок короля уже давно перешёл в крепкий исцеляющий сон. Шатаясь, я ещё нахожу силы взглянуть в лицо Кориму, снимая остатки тьмы с его ауры. Этому Босвари почти не досталось. Он и не любил ещё по-настоящему. Детей хотел очень сильно. Но его жена теряла одного за другим, пока отчаявшись стать матерью не приняла решение принять служение Праматери. Он отпустил её. Свою женщину встретил лишь сейчас и пока даже не осознал этого в полной мере.
А потом я шагнула к Гедашу. Почувствовала, как напрягся за моей спиной Тайрэн, но всё равно потянулась к его голове. Под пристальным немигающим взглядом пронзительных тёмных глаз.
— Она выпила яд, — прошептала я, комкая чёрные нити. Смотря в эти глаза, вбивая это понимание в его сознание. Заставляя почувствовать правду. Намеренно причиняя боль. — Боялась его. И вас боялась. Так боялась. Бедная несчастная девочка. Слишком слабая, чтобы противиться вашей воле. Чтобы бороться. Вы убили её, и Сольхиаль тоже убили вы. Я не вам сейчас спасаю жизнь, а вашему сыну и его детям. У него ещё есть шанс стать лучше, не утонуть в своей ненависти, как это сделали вы, ваше высочество.
— Откуда бы ты не пришла… Ты ничего не знаешь обо мне, ведьма, — цедит он сквозь зубы.
— Знаю. Вы любили. И она вас любила. Так сильно.
