Моя навсегда

— Декоративный куст Сейбера — это совсем другое дело, — фыркнула Иден, страстно кинувшись в объятия мужа — к нему я всегда испытываю интерес.

— Честно говоря, я имел в виду лошадку необыкновенного цвета, — пробормотал Себастьян и вывел из-за беседки молодую кобылу. — Это тебе, Иден. Каждому ангелу положено иметь собственную белую лошадь, чтобы успевать повсюду.

— О, Себастьян, она бесподобна! — Мгновение Иден смотрела на великолепное животное, а потом, бросившись к мужу, осыпала его благодарными поцелуями. — Я тебе говорила, как я тебя люблю?

— Сегодня утром еще ни разу.

 — Его губы коснулись ключицы Иден, а затем пробежались вдоль выреза платья, а затем Себастьян на руках отнес Иден в беседку.

— Ваша светлость? — Иден потерлась о него.

— Что, ангельские глазки?

— Сколько существует способов делать это?

— Сто и еще один… — Дьявольская улыбка заиграла на губах Себастьяна, и из уст Иден вылетел стон.

— Себастьян, я люблю тебя всей душой, — призналась она, ощущая его нежность и желание. — Некоторые вещи никогда не изменятся…

Что ж, пожалуй, это победа. И он дал себе торжественное обещание посвятить свою жизнь изобретению новых способов любви.

— Ваша светлость? — много позже шепнула Иден. — Мне нужно кое-что сказать тебе. Я хотела подождать, но, пожалуй, сейчас самое время. У меня тоже есть для тебя подарок.

— Какой подарок, Иден? — Он подвел жену к покачивавшемуся от ветра гамаку, и она удобно устроилась там в нежных объятиях.

— Ты великолепный муж, и я не сомневаюсь, что с приходом осени станешь великолепным отцом.

— Боже мой! — Подняв голову, Себастьян укоризненно взглянул на жену.

 — Ты ведешь со мной нечестную игру, уговариваешь, чтобы я разрешил тебе стрелять и участвовать в охоте, и только потом, черт возьми, говоришь о самом важном! — Себастьян так резко сел, что они оба — совершенно голые — едва не перевернулись вместе с гамаком."

"— Ты не хочешь ребенка, Себастьян? — Иден казалась расстроенной и обиженной — во всяком случае, она старалась это изобразить.

— Конечно, хочу, иначе и быть не может.

— Я так рала это слышать. — Иден расслабилась в объятиях мужа. — Итак, сколько, ты говоришь, существует способов делать это?

Временами ему казалось, что он бы сам поставил против себя, если бы заключал пари на конюшне.

Отказать этому ангелу в ее капризе было так же сложно, как полететь на Луну. Иден щедро одарила его своей любовью и преданностью, а вскоре подарит ребенка — и их любовь обретет земное воплощение.

— Я люблю тебя, ангельские глазки, — прерывающимся голосом прошептал Себастьян, глядя в ее сияющее лицо, и слегка отстранился.

— Сто второй? — лукаво улыбнулась Иден.