Газлайтер. Том 26

— От вас кто угодно! А от нас Кабан! — орёт Курган, и вперёд выходит жирный великан. — Начинаем!

— А правило не разъяснишь сперва? — хмыкаю. — Или нам самим их себе придумать?

— Двое кидают диски, и двое бегут за ними. Твой человек — за нашим, а Кабан — за вашим. Кто быстрее принесет, тот и победил.

— Ледзор, — говорю я, обернувшись к нашему здоровяку. — Не подведи.

— Хо-хо! — заряжает Одиннадцатипалый, — да я только этим и живу, граф!

— Красивая, ты побежишь, — приказываю тигрице.

Она подходит, вытягивается, смахивает хвостом хвою с полосатого бока.

Кабан отводит руку, замахивается и бросает.

Тяжёлая каменная шайба срывается с пальцев и уходит в даль — низко, со свистом, будто режет воздух. Я мгновенно анализирую траекторию и вкладываю Красивой в голову расчётную линию — особенно точку падения, где она должна быть раньше камня.

Тигрица уже сорвалась с места. Взлетает над склоном — и мчится, точно по заданному вектору, будто под ней не лапы, а навигационная система.

— Давай, Красивая! Умничка! — Настя подпрыгивает от азарта, сжав кулаки.

Камень вонзается в землю с глухим ударом — и ровно в этот момент Красивая оказывается на месте.

Молниеносно подхватывает его клыками и тут же разворачивается. Мчится обратно — легко, без напряжения.

— Молоденчик! — радостно восклицает Настя, обнимая шею прибежавшей тигрицы.

А великан, отправленный за диском Ледзора, так и не вернулся. Камень морхала улетел настолько далеко, что не видно ни его, ни посланного гиганта.

— Хо-хо, до вечера можно не ждать, — довольно отряхивает ладони Одиннадцатипалый, и в этот момент Курган снова срывается на проклятия:

— Мелкие сучьи отр…

— Прекратите, пожалуйста, — твёрдо перебивает его Настя.

— Мой муж предложил вам мирное состязание. Но если вы перейдёте грань и начнёте разбрасываться оскорблениями, он может рассердиться.

Курган хмыкает, но — вот так номер — замолкает. То ли у него внезапно проснулись манеры, то ли дело в том, что Зубастик, не без моей ментальный просьбы, как раз подлетел к нему сверху и завис в угрожающей тени.

— Ну что ж, — произношу я, — счёт — два ноль. Что у нас будет последнее?

— Лазание по деревьям, беготня — всё это собачья хрень! — срывается Курган. — Третье испытание будет наше. Только наше.

Между тобой и мной, коротышка! Хотел поединок? Получишь!

Я лишь киваю.

— Принимаю, — спокойно отвечаю и бросаю короткий приказ своим: — Огородите территорию.

Мы выходим вперёд, встаём друг напротив друга."

"Курган облачается в свои каменные доспехи — глыбы на плечах, наручах, груди, будто натянул на себя кусок горной гряды. В руке появляется каменная дубина, увенчанная шипами.

Я призываю свой теневой панцирь. Затем поднимаю руку — и над «ареной» сгущается Облако Тьмы, затягивает нас обоих, скрывая от чужих глаз.