4
0Хех, так что спасибо ей дважды.
В этот момент в кармане начинает вибрировать связь-артефакт. Наверняка, Палёный с отчетом. Ну-ка, чем там порадует.
— Ну что? Посмотрели Сад? — спрашиваю в рупор артефакта, выйдя из комнаты
— Шеф, да уж, — бодро отвечает Палёный. — Мы не просто посмотрели этот Сад, шеф. Мы его отбили! Вместе с троллями!
В линию тут же, не дожидаясь, вклинивается Пень:
— Шеф, милорд! Этот Сад надо брать! Тут столько всего редкого! Ну просто надо забирать! Одни Грибовиндные абрикосы чего стоят!
Я приподнимаю бровь. Грибовидные? Это как вообще?
— Да тише ты, — осаживает Пня Палёный.
Я тут же хмурюсь.
— Что с ним? — спрашиваю, уже напрягаясь.
И вдруг прорывается сиплый, надтреснутый голос:
— Да что вы там возитесь⁈ Я тут умираю, а-а!.. А вы про Сад болтаете, Демоны вас задери…
Ну хотя бы живой.
— Что случилось с нашим лучшим вором? — переспрашиваю.
— Жёстко зацепило, шеф. Целители не помогут. Только если ты опять чудо сотворишь, как умеешь, — буднично бросает Палёный, как будто говорит о сгоревшей партии гранат. Такая уж жизнь у наёмников: друзья умирают — ты привыкаешь.
— Передайте Зару, чтобы тащил Дасара сюда — в мою московскую усадьбу. Зар уже был здесь и знает координаты телепортации. А вас с Пнем обратно в Невинск пускай закидывает.
— Поняли, шеф.
Я отключаюсь.
Придётся отложить выезд. Часов на пару, не меньше, пока не приволокут Деда Дасара. Потом с ним уже вместе отправимся в Невинск.
Иду искать Лакомку. Нахожу быстро: она как раз в компании Камилы и Светы, что-то обсуждают у окна.
— Пока отъезд откладываем, — говорю, не церемонясь. — Ждём Дасара. Он в тяжёлом состоянии.
Лакомка вскидывает брови. Мгновенная тревога — но сдержанная. Всё-таки глава гарема.
— Что же с ним случилось?
— Не знаю, Паленый не стал вдаваться в подробности. Да и время дорого. Сказал лишь, Целители помочь не смогут. Только я, — пожимаю плечами. — Значит, действительно при смерти. Надо срочно принимать.
— Понятно, мелиндо,— грустно кивает Лакомка.
— Бедный Дасарчик, — вздыхает Камила. Ну а Света с звонким хрустом вгрызается в яблоко. Она беременная, ей можно.
Я опускаюсь в кресло, кидаю взгляд по комнате, машинально осматриваю: собранные чемоданы, заправленная кровать… И вдруг вспоминаю:
— Слушай, а что там с апельсинами из Молодильного Сада? Я что-то совсем про них забыл. А сейчас Пень в истерике хвалил Сад, вот и вспомнил.
— О, кстати! — Лакомка сразу оживляется, будто ждала, когда я спрошу.
