Взгляду частично предстали уже знакомые покои, в которых раньше находился Гаррат, и даже цепь присутствовала, но помимо нее в помещении обнаружилась многочисленная мебель, по большей части золоченая, две драконицы с бокалами в руках и легкими туниками вместо одежды, которые, как я подозреваю, были двумя половинами простыни еще несколько секунд назад, потому что обе драконицы даже замотать их не успели толком, лишь прикрылись и как-то шокированно смотрели на нас.
А потом откуда-то сверху, словно стоял он со стороны петель приоткрытого люка, показалась голова серебристого дракона.
— Вкусняшка???
— Мм-м… — все, что смогла издать я, глядя то на Гаррата в драконьем облике, то на дракониц в человеческом.
Повисла неловкая пауза.
— Ну, раз уж мы убедились, что с вами все в порядке, то мы пойдем, — в конце концов заявил древний.
— Куда? — не понял Владыка.
— В более одетую компанию, — ехидно ответил ему Асур-Ррат.
Голова серебристого дракона повернулась к заметно смутившимся драконицам, Владыка недовольно цыкнул, затем у меня спросил:
— Ты как?
В смысле, я думаю, что у меня, не уверена, что его интересовал древний.
— О, я замечательно, — радостно сообщил он. — Вчера хвост немного ломило, спина, сам понимаешь, в моем возрасте пошаливает, но в целом отлично, спасибо, что интересуетесь, Владыка.
Гаррат одарил его очень внимательным взглядом, после чего переступил люк, закрыв внушительным драконьим телом обзор на «неодетую компанию», лег на брюхо и, уложив голову так, что глаза его были максимально близко к просвету между люком и полом, спросил:
— Так как ты?
— Все хорошо, — заверила я.
— Ты просто переживала за меня, — улыбнулся дракон.
— Совсем немножко. — Я тоже улыбнулась.
— Ясно.
Гаррат смотрел на меня так, словно хотел запомнить каждую черточку моего лица и все выискивал что-то в моем облике, я, правда, не могла понять что.
— Я скучал, — вдруг произнес он так, что я сразу поверила.
Но говорить, что тоже скучала, не стала — прозвучало бы фальшиво.
— Как вы тут? — попыталась продолжить светскую беседу.
Но Гаррат, грустно глядя на меня, тихо повторил:
— Я безумно скучаю по тебе…
— Да что-то не заметно, — ехидно вставил древний.









