Земля королевы Мод

Меня все это крайне забавляло и, пожалуй, радовало, потому что выглядел Мишка хорошо, быстро рос, и болеть стал гораздо меньше. Когда мы встречались, мальчик охотно объяснял мне, какая еда может считаться кошерной и как-то угостил им самим изготовленным, не слишком вкусным треугольным печеньем под смешным названием «уши Амана». Я не запомнила конкретный эпизод из истории евреев, который отмечался выпеканием и поеданием этих «ушей», но в шутку заметила что-то про кровожадность и ритуальный каннибализм, которые, по-видимому, были присущи всем древним народам без исключения. Мишка начал горячо возражать, логически опираясь на полученные в еврейской школе знания, а я весело смеялась до того мгновения, пока мой взгляд не упал на лицо наблюдающей за нашей перепалкой Любаши…

– Любаша, в чем дело? – напрямик спросила я немедленно после того, как Мишка ушел в какой-то кружок, который он посещал все при той же школе. – Чем тебе не нравится еврейская история?

– Мне все это не нравится, – медленно, не глядя на меня, произнесла Любаша. – Уже давно. Было бы куда, завтра забрала бы его оттуда…

– Но мне казалось, Мишке в этой школе нравится, – обескуражено заметила я. – И здоровье лучше стало… Но что конкретно случилось-то?

– Ты же психолог! Ты что, не видишь, что они их зомбируют?! – внезапно зашипела Любаша. Я вздрогнула от неожиданности.

– Кто? Кого? – туповато поинтересовалась я, пытаясь отвернуться от очевидного и надеясь на какую-то ошибку восприятия.

– Эти… детей. Своих… и наших тоже. Как будто бы ты не знала! Вот только не делай вид…

Само собой. Все знают. Уже давно. Тысячу лет. Да какая там тысяча! Ксенофобии столько же лет, сколько человечеству. Я тоже должна была знать. Или, по крайней мере, догадаться. Эмоциональный Мишка увлекся еврейской культурой и религией. Любаша, в противовес этому, сделалась антисемиткой."

"– Какая глупость! – я не сумела сдержать досады и ударила кулаком по ладони. – Но послушай, Любаша. Он учится в этой школе, это же логично, что он… ну, проникся… И что в этом страшного? Это же не секта какая-нибудь. Белые братья или еще там что-нибудь подобное. Иудаизм – это же одна из древнейших систем знания, этики, морали… Ну, вот наша Ирка в последнее время обратилась к христианству, причащается, исповедуется, постится… Тебя же это не пугает и не возмущает, наоборот, ты сама говорила: если ей это помогает, пускай…

– Причем тут Ирка?! – взвилась Любаша. – Христианство – это наша исконная религия!… А они…

Потом она говорила что-то еще, но я уже фактически ее не слушала. Ничего нового. Все это я слыхала и читала раньше.