2
0
— Кто это? Ты умрёшь за секунды! — кричали они мне вслед, явно приняв за свою.
Не умру.
Оказавшись внутри, где огонь жадно лизал мою одежду, грозя уничтожить её в считанные мгновения, я тут же ослабила пламя вокруг себя — только чтобы не испортить одежду. Сердце колотилось взволнованно и учащённо, а в глубине, в груди, зарождалось странное чувство — почти наслаждение.
Словно это место, этот раскалённый дом у подножия вулкана, звал меня остаться, принять его жар, раствориться в пламени и дождаться естественного конца горения...
Нет!
Резко потрясла головой, сбивая наваждение, и быстро начала спускаться по лестнице, которую видела уже в третий раз — по ней нас спускали в тюрьму и по ней же меня потом поднимали, когда вели на пытки к «ярлу» Сверре…
Крики пленников и громкий кашель достигли меня почти сразу, и я поняла, что необходимо тушить и подавлять пожар в этой зоне, иначе нам не выбраться.
От интенсивного подавления огня головокружение ещё больше усилилось, и я впервые ощутила сосущее чувство в груди, означающее, что передо мной стояла угроза потери сознания.
"— Освободите нас, мы все здесь погибнем! — слышала я крики Касона, прерывающиеся ужасным кашлем.
Мне не было особого дела до него, а голосов тех, кто действительно стал мне дорог, я так и не услышала.
— Освободите нас! Мы — Воины Севера! За такое отношение вас после смерти будет ждать агония! — выкрикнул кто-то из заключённых.
— У нас нет ключей от ваших ошейников, и я не сумасшедший, чтобы вас освобождать, — толпу против троих! — услышала я ответ стражника. — Снаружи или внутри — вы всё равно ничего не измените.
Это был тот самый, кто с таким рвением рвался заклеймить нас.
Выйдя из узкого коридора, я увидела его спину. Он что-то говорил кашляющим пленникам, многие из которых выглядели так, будто их избивали часами.
Может быть, я могла бы просто пройти мимо. Но эта возможность была слишком хороша, чтобы её упустить. Сделав шаг вперёд, я со всей силы толкнула его в спину, прямо в руки пленников. Те не собирались щадить разбойника, и он тут же зашёлся диким криком.
— Дан?! Не может быть! — раздался шокированный голос Эрика.
Но моё внимание было приковано к другой клетке.
— Он жив? — сорвалось с моих губ хриплым шёпотом.
Пленники, весь наш отряд смотрел на меня так, словно я была для них либо матерью, либо самой Первородной. В их взглядах застыла радость, надежда, смешанная с неверием.
И страх… поверить что они могут выжить.
— Да, — отвечает Валдрин, уже обыскивая одежду разбойника, убитого у прутьев клетки.
Но у меня были свои проблемы.
