Колодец и бабочка

– Мерзкая баба!

– Неоднозначная, – то ли согласился, то ли возразил Макар. – Зато своими руками творит чудеса.

Бабкин даже приостановился от удивления:

– Это какие же?

– Ты только представь: вручает она очередной Анжеле волшебный камень, чтобы та всегда носила его при себе, и вот уже принц швыряет к ее ногам дворцы, кареты и белых жеребцов…

– …Бросив законную жену и детей, – напомнил Бабкин.

– Ты рассуждаешь с точки зрения жены. А я тебе советую посмотреть на вещи с точки зрения Анжелы. Для нее это магия и сбывшаяся сказка. Одним ходом в дамки: теперь может до конца жизни не работать и каждый день обедать на Патриках.

– А сама-то Стряпухина, интересно, замужем ли?

– Сомневаюсь, – усмехнулся Илюшин. – Зачем ей брак, когда она в месяц зарабатывает раз в десять больше, чем мы?

Неприязнь Бабкина к ведьме только усилилась.

На обратном пути Илюшин уткнулся в смартфон и сидел на удивление тихо. Сергей, встав на светофоре, покосился на его экран, но разобрал только желтоватый фон. Макар читал какую-то книгу.

Он не оторвался от нее и тогда, когда Бабкин припарковал машину у него во дворе.

– Самообразованием решил заняться? – поинтересовался Сергей.

– Что? – Илюшин поднял глаза и огляделся. – Да, нашел кое-что потенциально любопытное. Пойдем пообедаем.

Над входом в китайское кафе покачивались красные бумажные фонарики. Из-за стекла плавно помахивал лапой белый кот – манэки-нэко. Бабкина и Илюшина здесь хорошо знали и при их появлении, не спрашивая, принесли большую плошку свежего горячего риса и чайник с зеленым чаем. Затем последовали супы, теплые лепешки, сковорода с острым тушеным мясом… Все это появлялось будто бы само собой, без всякого участия человека; Сергею пришлось сосредоточиться, чтобы отследить очередное появление официантки.

"– Теперь к новостям литературы, – деловито сказал Макар. – Кудесников, он же Мирон Шафран, выложил свои опусы в открытом доступе. Он написал четыре книги, ни одна не издана, общее число читателей – пятнадцать человек. Думаю, это родные и знакомые Кролика.

– Это его ты штудировал всю дорогу? – догадался Бабкин.

– Я не ждал многого от человека с творческим псевдонимом «Шафран», но Мирону удалось меня удивить.

Сергей завис над пловом, держа щепоть горячего риса, и вопросительно уставился на Илюшина.

– Ты скажешь: кто только в наше время не пишет о котах, – продолжил Макар, хотя Бабкин об этом понятия не имел. – Но дело в том, что у Мирона довольно любопытный контекст. Он описывает мир, в котором все кошки – носители некоего паразита, которого они вместе со слюной внедряют людям, и тот производит необратимые изменения в наших мозгах.