Колодец и бабочка

Вот только – зачем?

– Ну чего, в квартиру-то пустишь, мать? – оживленно спросил Стас. – Хоть подарки вручу.

– Матвей в душе. Настя в гостях у соседской девочки. Вернется через час.

– Так я этот час проведу с толком… – Он сделал широкий жест, словно Наташу и самого себя приглашал в ее квартиру.

Выглядит отлично, думала Наташа. Щенячий блеск юности с него спал, проявилась потасканность, точно патина, но в этом даже есть некий шик. Небритость ему идет. У него типаж французского писателя – одного из тех, что в оправдание собственного распутства издают книжки про любовь, живущую три года, втюхивают их тем же бабам, которым изменяют, и на эти деньги безбедно живут следующие три года.

Куртка старая, но не старомодная. На шее небрежный шарф. Творческого человека всегда видно по шарфу.

Молчание бывшей жены Стас принял за нерешительность. И чтобы подтолкнуть ее к правильному выбору, с шутливым укором сказал:

– Ну уж на тарелку супа я могу в этом доме рассчитывать?

– А я? – спокойно спросила Наташа. – Я на тарелку супа могу рассчитывать? В соседнем доме итальянское кафе, у них отличный минестроне.

Стас замялся.

Наташа с печалью смотрела на него. Так долго и упорно отстаивал человек свою свободу. И романы заводил с кем хотел, и не делал того, к чему принуждали долг и совесть… Ну вот и стоишь свободный, жмешься, не понимаешь, можно ли потратить на мать своих детей лишнюю тысячу, все прикидываешь, пустят ли тебя после этого в постель или зряшная выйдет трата…

– Кафе – извини, наверное, нет, не хочу публичности… – начал Стас.

Наташа не выдержала и засмеялась. Публичности он не хочет, звезда голубых телеэкранов.

– Неправильно выразился, – поправился Стас.

– Стасик, что ты хочешь? – небрежно спросила она.

И от этой небрежности, от снисходительного «Стасика» он мгновенно сник. Патина обернулась ржавчиной, и стало видно, что за последнее время его крепко потрепало.

– Да просто, знаешь, посидеть… Узнать, как дела у тебя…

Любовница его выставила, поняла Наташа. Неужели люди так сильно меняются за такой короткий срок? Или я вышла замуж и детей рожала от мелкого, неумного, жадного человека? А любила тогда кого? О ком плакала после развода? Пришел с копеечными подарками детям, купленными по дороге в киоске возле метро, и считает, что это достаточная плата за право погреться у домашнего очага.

– У меня именно что дела, я занята, – сказала она. – В следующий раз, если захочешь зайти, сначала позвони.

Стас изменился в лице.

– К детям меня пусти! – хрипло сказал он. – Не будь стервой, Наташа, тебе не идет.