Хищная

Закрыл за собой дверь, включил свет, открыл шкаф, достал какую-то кофту и жадно вдохнул запах. В сердце будто вонзились тысячи кинжалов.

Неужели мне не хватает ее? Моей сводной сестры? Этой стервы и суки, как говорит Егор. Этой надменной особы, как говорит Оля. Этой безразлично ко мне относящейся девушки, как говорит мама. Неужели мне не хватает той, с кем я не общался, с кем я игнорировал друг друга и просто терпел навязанное обстоятельствами общество?

Я беспомощно закрыл глаза и сполз по стене, прижимая к носу блузку. Тоска захватила с такой силой, что захотелось завыть. Почему она ни разу мне не позвонила? Она что, не знает об аварии, в которую я попал? Конечно, знает. Наверняка отчим ей рассказал. Но ей настолько наплевать на мою жизнь, что она даже не поинтересовалась моим состоянием?

Нужно запретить себе заходить в эту комнату раз и навсегда. Хватит шариться в ее шкафу. Хватит снимать с вешалок шмотки и нюхать их, как наркоман. Меня ничего не связывало с этой девушкой. С этой холодной, безразличной, ненавидящей меня девушкой. По крайней мере так сказали на встрече выпускников. Ведь в 11 классе лучшим учеником школы стал я, а не она.

— Морозова, наверное, захлебнулась ядом, когда узнала, — засмеялась одна из одноклассниц.

— Ее же не было на объявлении. Она укатила в свой Гарвард на собеседование, — ответила ей вторая.

— Но новость-то до нее все равно дошла. Представляю, какое у нее было лицо. Макс, — обратилась ко мне девушка, — она тебя тихо ненавидела.

Время стремительно летит. Я окончил первый курс, начался второй. В комнату сводной стервы я больше не захожу. Запретил себе окончательно. Бессонница, правда, мучает, но я спасаюсь снотворным.

На летних каникулах я съездил в гости к бабушке и дедушке, но из своих основных друзей увиделся только с Ромой. Стас и Лёха уехали учиться в другие города и до сих пор не вернулись. Рома мало знал о моей жизни в Москве, потому что, как оказалось, когда я переехал в столицу я почти забросил общение со старыми друзьями.

— Последний раз мы с тобой виделись на дне рождения у Стаса год назад. Ты был с какой-то девушкой, — рассказал мне Рома за стаканом виски в новом местном клубе.

— С какой еще девушкой?

— Ну с какой-то, я точно не помню.

— Она невысокого роста со светлыми вьющимися волосами? — Описал я ему Олю. Странно, но она мне не рассказывала, что я возил ее в Россошь.

— Нет. Высокая, темные волосы и голубые глаза.

Прекрасно. Под это описание попадает половина девушек Москвы.

— А как ее звали?

— Ой, я не запомнил.

Я задумался. Кто это могла быть? И вдруг снова меня захватило чувство невыносимой тоски по кому-то, кого я не знаю. Или знаю, но не помню. Я сильно сжал кулаки и сцепил челюсть.