Хищная

А когда снова размыкаю веки, перед глазами появляется мутный образ мамы. Кажется, она плачет.

— Максим, сынок. Ты проснулся? — Склоняется она надо мной.

— Мама... — тихо говорю ей.

Она начинает плакать еще сильнее. Гладит меня рукой по лицу.

— Сынок... сынок...

Рядом с ней стоит какой-то мужчина в костюме и с развязанным галстуком. Он вытирает носовым платком лицо. Подходит ближе ко мне и сжимает мою ладонь.

— Слава Богу, Максим, слава Богу, — говорит он, и, кажется, я вижу в его глазах слёзы.

Дальше один за одним следуют серые одинаковые дни. Врачи, лекарства, капельницы... Ко мне приходит мама вместе с этим мужчиной. Он все время крепко сжимает мою руку, говорит какие-то утешающие слова. Иногда отворачивается к окну и вытирает платком глаза.

Я толком не понимаю, что происходит, а мне никто и не объясняет. Видимо, я в больнице. Но что со мной случилось? Почему я тут?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Сынок, врачи говорят, что первая операция прошла хорошо, но тебе требуются еще, — сказала однажды мама. — Тебя сейчас выписывают из этой больницы и мы перевезем тебя в другую.

— Мам, а что случилось?

— Максим, ты попал в сильную аварию.

— Когда?

— Десять дней назад. Еще неизвестно, сколько тебе нужно будет восстанавливаться. Институт ты пропускаешь.

— Какой институт?

— Свой. В который ты поступил.

— Мам, ты чего? Я же в 11 класс иду.

Мамино лицо вытягивается в удивлении. Мужчина рядом с ней хмурится и спрашивает:

— Максим, сколько тебе лет и как меня зовут?

— Мне 17 лет, а вас я не знаю.

Так проходят абсолютно серые и однообразные полгода. Одна палата сменяет другую, одна больница сменяют другую, одни врачи сменяют других. Мама с этим мужчиной приходят ко мне каждый день и рассказывают о моей жизни. Мне теперь 18 лет, я живу в Москве и поступил в институт. Мужчина — мамин муж по имени Игорь Петрович Морозов. Я знаю о нем только по маминым рассказам, еще когда она приезжала в Россошь и рассказывала бабушке о своём новом ухажере. Но тогда я все это слушал в пол-уха.

Я не помню ни как переехал в Москву, ни как знакомился с этим мужчиной, ни как ходил тут в 11 класс, ни как поступал в институт. Мое последнее воспоминание — я в августе иду на свидание в кино с девочкой из моей школы Аней Репревой. Все, что произошло после этого, в моей памяти отсутствует.

Наконец, меня выписывают. На улице уже январь, и мы с мамой и ее мужем едем домой. Я захожу в особняк и с удивлением его рассматриваю. Я тут живу? Вот это да! Мать провожает меня в мою комнату. Большая, метров 20, двуспальная кровать, комод, шкаф, большой письменный стол. Я рассматриваю все это с таким удивлением.

— Сынок, располагайся. В шкафу твои вещи.