Хищная

— Кристина Морозова, согласна ли ты пойти со мной на свидание?

Я, кажется, потеряла дар речи. Какое еще свидание? О чем он вообще? А Максим тем временем продолжает держать меня за руку и смотреть с мольбой в глазах.

— Конечно, пойду. Ты еще спрашиваешь?

Он расплылся в довольной улыбке.

— Ура! Тогда я в самое ближайшее время придумаю для нас что-нибудь интересное и сообщу тебе.

— А где ты будешь жить?

Я задаю этот вопрос с дрожью в голосе. Он же не останется в одной квартире с Ольгой? Я помню, что они спят в разных комнатах, но я все равно не хочу, чтобы он с ней жил под одной крышей.

— Вернусь в «Золотой ручей». Буду, как первокурсник, жить с родителями и ходить на свидания с любимой девушкой.

Я смотрю на него во все глаза и не верю тому, что слышу. А Максим тем временем говорит это очень даже серьезно.

— Ну все, моя девочка. Я получил от тебя согласие на свидание и теперь со спокойной душой могу ехать подавать на развод, а потом давать пиздюлей своим идиотам-подчинённым.

Максим склонился надо мной и крепко меня поцеловал.

— Вечером перед сном позвоню тебе, любимая.

— Хорошо, до вечера, — промямлила ему все еще в шоке от того, что он задумал.

Я взяла с заднего сиденья сумку со своими вещами и пошла к подъезду. Максим тронулся только после того, как я зашла внутрь.

Дома меня с распростертыми объятиями встретил сын. Не успела я еще закрыть за собой входную дверь, как он тут же побежал ко мне с криком «Мама пришла!». Я подхватила его на руки и зацеловала в щечки. В детстве я тоже всегда бежала к маме с воплем «Мама пришла!». Сейчас уже кажется, что это было в прошлой жизни.

Максим действительно позвонил мне перед сном. Сказал, что подал на развод, навел порядок на работе, собрал вещи и переехал в «Золотой ручей». И вот сейчас он лежит в своей комнате и думает о нашем предстоящем свидании.

— Я заеду за тобой в субботу в 4 часа. Хорошо?

— Хорошо, — и я глупо улыбаюсь в трубку.

Мы еще какое-то время говорим о нас, о работе, вспоминаем, как мы были вместе девять лет назад. Максим сказал, что его мать с ним не разговаривает, а вот мой папа, наоборот, крепко его обнял, когда Максим переступил порог «Золотого ручья» с сумками и чемоданами.

А еще Максим сказал, что между Еленой и моим отцом, по всей видимости, пробежала черная кошка из-за всех последних событий. По крайней мере Максим видел, как его мать легла спать в гостевую комнату на втором этаже. Я, конечно, не была дома восемь лет, и не знаю, как складывались отношения папы с Еленой, но при мне они никогда не спали в разных комнатах.

На следующий день, собираясь на работу, я получила сообщение от Максима.

«Доброе утро, моя любимая девочка»

«Доброе утро, мой герой»

«Желаю тебе хорошего дня! В обед позвоню»

«И тебе хорошего дня.