Подкидыш для бывшего босса

— Даша, — сам не узнаю свой глухой голос, — прости…

— Максим… что с тобой стало? Ты же не был таким? Зачем ты так со мной?

— Извини.

— Пожалуйста, отпусти меня. Я… я верну деньги, правда. У меня… у меня есть квартира в родном городке, осталась от бабушки. Я ее продам. И верну. Только… отпусти меня и мою девочку.

— Твою? Все-таки она только твоя?

— Ты сам показал мне результат анализа.

— И ты ему веришь?

ДАША.

Смотрю в пылающие гневом глаза бывшего и не могу поверить в то, что когда-то он казался мне самым желанным на свете человеком."

"Не понимаю, что с ним стало? Зачем он вот так со мной?

Он же… он же почти меня…

Господи, самое ужасное, что в какой-то момент мне так дико захотелось, чтобы он это сделал! Чтобы он пошел дальше!

Хотелось просто забыться в его сильных руках.

Любить, как когда-то.

Ужасно?

Боже, именно это называют в романах «тело предает»?

Раньше мне это казалось такой глупостью! Ну как же тело может предать? Как может нравится то, что делает человек, который тебя презирает, использует, относится к тебе как к вещи? Как могут отзываться в душе его прикосновения? Как можно сходить с ума от его губ, глаз, от его ладоней, прокладывающих путь по телу?

Глупо?

Да.

Пока один раз не ощутишь это на себе. И не поймешь с мучительной ясностью, что тебе плевать на все, только бы он был рядом. Только бы продолжал прожигать своими глазами цвета карамели…

Я все-таки нашла в себе силы остановить его в этот раз, но что будет дальше?

Я не могу полагаться на свою силу воли. Ее нет рядом с ним. Это иллюзия, что я могу бороться с его напором. Я сдамся.

Если я сдамся он меня растопчет, сравняет с землей, уничтожит.

А мне надо жить.

Ради ребенка.

Единственный шанс — выбить себе индульгенцию, прощение грехов. Даже не прощение, скажем так — отсрочку платежа.

Я не знаю куда пропали с карты полтора миллиона. Я взяла только сто тысяч. Единственная возможность быстро вернуть долг — продать квартиру, которая осталась от бабушки. Если бы квартира была в Москве! Но она в Брянске. И стоит она совсем не дорого. Старый, знавший лучшие времена дом. Говорили, что он аварийный уже лет тридцать. Но администрация города так не считала. И он стоял без всякого ремонта. И стоит. И люди там живут.

Я провела там всю беременность, а когда родила, поняла, что с малышкой там жить просто невозможно!

Я беременная два раза сильно болела, лежала на сохранении, все потому, что в квартире был адский холод.

Но все-таки это ведь квартира? Она должна хоть что-то стоить?

Поднимаю глаза на Максима, наталкиваюсь на его ответный взгляд, выжигающий дотла.

— Пожалуйста, оставь меня в покое. Прошу тебя. Я… я верну деньги, правда. Я их не брала, но, если тебе нужно я верну. Я постараюсь.