3
0
Протягиваю его ей.
— Черкасов… Ты зачем?..
Зачем, если бы я сам знал? Несу какую-то чушь, про долги, про то, что все это время она была без цветов по моей вине. А сам смотрю на неё и думаю, где она с ним была? Что делала? Румянец на щеках такой яркий. А губы…
О, нет, когда она раньше была со мной, её губы не оставались такими… аккуратными. Обычно, я зацеловывал их так, что они становились яркими, припухшими, сочными.
И хотелось мучить их еще и еще…
Она не целовалась с ним! Эта мысль приводит в восторг.
А со мной? Со мной будет? Мучительно хочется проверить…"
"— Ты сошёл с ума… — не знаю, зачем она это говорит, но это правда.
Моя девочка…
Делаю шаг к ней, еще один, на автомате, глядя в глаза.
— А где же Дариша? — голос Даши такой трепетно-взволнованный, и меня это странным образом окрыляет.
— С бабушкой, я ее искупал, даже поспал с ней немного, потом мама ее забрала. Спят в гостевой спальне. В дальнем крыле.
Не отрывая взгляда, беру Дашу за руку.
Чувствую ее трепет, она дрожит. И я… кажется я тоже дрожу. И нет больше сил оставаться без нее, далеко от нее.
— Иди ко мне, Даша… — шепчу, стараясь скрыть страх. — Дашенька, любимая моя…
Ее глаза такие огромные. Они как звездочки… Блестят… Не потому, что в них слезы, нет, в них…в них то же желание, которое сжигает и меня.
Я наклоняюсь, сокращая эти миллиарды световых лет между нами.
Она так близко! Её губы, так близко!
Сладкие, нежные, родные…
Я стараюсь быть ласковым, держать себя в руках, но это так трудно, когда она рядом.
Прижимаю ее к себе, поднимаю на руки, сцеловывая легкий стон.
Щелкаю выключателем, который нащупываю на стене. Вместо яркой люстры зажигается мягкая голубая подсветка, потолок становится похож на звездное небо.
Я знаю, Даше всегда это нравилось.
— Макс…
— Т-с-с… маленькая моя, нежная…
— Я…
Сажусь на диван, укладывая её на себя, стараясь сдерживать страсть, хотя это неимоверно тяжело.
— Макс…
— Тише, любимая, я… ничего не будет, если ты не захочешь, просто я… я так скучал без тебя.
Продолжаю ее целовать, понимая, что выдержка скоро даст сбой. Не смогу сдержать слова, если она скажет нет.
Но она молчит, и… и я чувствую ее ледяные ладошки, пробирающиеся под футболку.
— Максим…
— Скажи «да», пожалуйста! Скажи, что ты тоже этого хочешь? Скажи, что тоже сходила с ума без этого?
Нему бред, как все влюбленные, безумные, дикие… И она отвечает!
— Да, да… хочу… схожу… сходила… просто… Мне было так плохо без тебя… так плохо…
— Девочка моя… Прости меня! Я…
Я понимаю, что сделаю все, чтобы она забыла, чтобы не вспоминала никогда ту боль, которую я причинил!
Её кожа горит огнем, моя тоже. Невозможно оторваться.
