2
0Но вовсе не только из-за рекомендаций диетолога, и не благодаря строгой и уже слегка ненавистной диете. И не из-за изматывающих тренировок… Тренера покорно слушалась, выполняя садомазо программу улучшения себя, но мысленно не всегда желала ему всего хорошего. Изверг!
Причина была в другом. Я впервые вытащила себя из зоны комфорта буквально за шкирку. Пересмотрела все аспекты своей слишком размеренной и предсказуемой жизни, дотошно и придирчиво взвесила мечты и планы, без сожаления отсекая всё навязанное извне.
Теперь я хотела строить жизнь и будущее своим умом и руками. Достигать цели своими силами, учиться на своих ошибках, составлять своё мнение и принимать самостоятельные решения.
В связи с новым подходом ко всему в моём окружении ожидаемо начали происходить изменения, и не всегда положительные. Мама, чувствуя, что теряет контроль, всё чаще злилась. Срывалась на мне и на папе, а потом и вовсе прибегла к тяжёлой артиллерии из своего арсенала уловок и манипуляций. Теперь с завидной регулярностью её мучили боли в сердце, давление и мигрени.
Я терпела… Не позволяя продавить себя, сообщала новости дозированно и, выдержав очередной скандал, выжидала ещё несколько дней до следующей схватки за право жить как я хочу. На этапе принятия мама начинала жаловаться на неблагодарных детей и жестокие нравы молодёжи. И я снова терпела… Потому что пути назад для меня уже не существовало.
Боясь, что родители лишат меня финансовой поддержки, старалась брать максимальное количество смен и соглашалась на любые просьбы коллег подмениться. Деньги старательно копила, понимая, что пока не стану независимой, о самостоятельности даже речи быть не может.
Несмотря на предельную загруженность на работе, курсы по дизайну я посещала без пропусков, а потом до ночи сидела над практическими заданиями. Фирма, куда я хотела попасть на практику, была у всех на слуху, и попасть к ним было просто нереально. Не питая иллюзий, сразу же разослала своё скудное портфолио ещё двум крупным фирмам, работающим в этой же нише.
Ещё одним дёргающим за нервы фактором была тихая война с Кристиной Семёновной. Когда Настя рассказала, что произошло, я разозлилась не на шутку. Стала замечать, запоминать и фиксировать все косяки начальницы, а потом в официальном порядке сообщала о них вышестоящему руководству.
Шефиня злилась и, пытаясь ответно спровоцировать, ещё больше злоупотребляла своими полномочиями, порождая волну недовольства коллег, а порой и пациентов. Заметив одну из нас, зав отделения и глав врач резко меняли траекторию движения и судя по выражению их лиц, мечтали убрать нас обеих. Страха по этому поводу я уже не испытывала, продолжая упорное наступление.
