0
0
И вот теперь его любимый Гефестион лежит перед ним мертвый.
Для него этот человек являлся всем — наперсником, командиром конницы, главным визирем, любовником. Еще Аристотель учил Александра тому, что у каждого человека должно быть второе «я». Alter ego. И этим вторым «я» для Александра являлся Гефестион. До сих пор он удивлялся, вспоминая случай, когда Гефестиона ошибочно приняли за него. Это недоразумение вызвало большой скандал, но Александр только улыбнулся и сказал: то, что его спутали с Гефестионом, нисколько не обижает его, поскольку Гефестион — тоже Александр.
Он слез с коня. День выдался ясным и теплым. Весенний дождь, ливший вчера весь день, кончился. Доброе предзнаменование? Возможно.
Уже двенадцать лет его войска продвигались на восток, покорив Малую Азию, Персию, Египет и часть Индии. Теперь его цель — продвижение на юг и завоевание Аравии, а дальнейший путь лежит на запад, в Северную Африку, Сицилию и Иберию. Необходимые для этого корабли и войска уже в полной готовности. Поход скоро начнется, но сначала ему необходимо разобраться с безвременной кончиной Гефестиона.
Он двинулся по мокрой земле. Свежая грязь чавкала под его сандалиями."
"Не богатырского телосложения, быстрый в движениях и речи, Александр носил на своем светлокожем приземистом теле множество шрамов — отметин бесчисленных битв. От матери-албанки он унаследовал прямой нос, короткий подбородок и рот, помимо воли обладателя выдающий все его чувства. Как и все его солдаты, он был гладко выбрит, его светлые волосы всегда находились в беспорядке, а глаза — один сине-зеленый, второй карий — постоянно были настороже. Обычно он гордился своей выдержкой, но в последнее время ему становилось все труднее контролировать гнев. Опасность Александра даже раззадоривала.
— Лекарь! — грозно проговорил он, приблизившись. — Считается, что вернее других в своих предсказаниях оказываются пророки.
Мужчина промолчал. По крайней мере, он знал свое место.
— Это написал Еврипид в драме, которую я очень люблю. Но от любого пророка всегда ожидают большего, ты не согласен?
Он сомневался, что Глуций ответит. Тот смотрел на царя безумными от ужаса глазами.
У него имелись все основания трепетать от страха. Вчера, во время дождя, с помощью лошадей склонили к земле стволы двух невысоких пальм, укрепили их кроны, а теперь лекарь, привязанный за руки веревками к стволам, распятый, находился между ними. Один удар ножом по веревке — и деревья, разогнувшись, разорвут его пополам.
И Александр подходил к нему с мечом.
— Излечить его был твой долг, — проговорил Александр сквозь сжатые зубы. — Почему ты не спас его?
Лекарь корчился и клацал зубами от страха.
— Я пытался…
— Как? Ты не дал ему снадобье!
Глуций в ужасе затряс головой.
