8
0Но вот об этом, — грожу ему пальцем, — Об этом он мне не сказал!
— Ну, так! Кремень! — оживляется Витя, — Только ты это… Насть? Ты его не ругай.
Я сажусь рядом с ним. Как бы виновато ни звучал его голос, но я всё ещё зла:
— Если ты поклянёшься так больше не делать.
Он, улыбнувшись, кивает:
— Клянусь! — и, опрокинув меня на постель, накрывает собой.
Мы занимаемся сексом. И постепенно всё меркнет, под властью его ненасытных дурманящих ласк. А после я тихо лежу. Утомлённая, влажная, жаркая. Льну к нему всем своим телом.
— Интересно, — голос у Вити ленивый, а пальцы лежат у меня на плече, — А какие у нас могли бы быть дети? Наверно, красивые.
Я замираю. Стараюсь не выдать себя.
— Дети? — смеюсь, — Ты серьёзно?
— Ну, а что? — удивляется он.
— Вообще-то мне сорок вот-вот, — говорю и грустнею.
— Да ладно! — хмыкает Витя, — А я думал, тебе двадцать пять?
— Поздновато, — упорствую я.
— А я думаю, самое время, — произносит он, глядя мне прямо в глаза."
"Я прячу свой взгляд у него на груди. Не могу я разрушить наивные грёзы! И в этот момент мне так больно. Я вдруг понимаю. Уже не смогу! Ни родить. Ни начать всё сначала. С другим, у которого тоже своя предыстория. Свой «отрубленный хвост». Или с Витей? Которому мало меня и случайных свиданий в каморке. Ему нужно больше! А смогу ли я дать…
— Я так рассуждаю, — произносит он многозначительно, — Дети у тебя получаются что надо. Так зачем ставить крест на себе? Нужно ещё нарожать! У тётки подруга есть. Так она в 47 родила.
Я цокаю:
— Бедная.
Но Витя со мной не согласен:
— Наоборот! Она счастлива.
«Да, уж», — думаю я. Такого счастья мне даром не надо. И вспоминаю Самойлова. Сдал он, конечно! Какой-то пришибленный, тихий пришёл. Куда делся весь его гонор?
Хотя… Мне плевать! Я в коем-то веке себя ощущаю свободной. От этих супружеских пут. От него. И даже его появление в доме на сей раз не вызвало бури эмоций внутри.
Кажется, я излечилась. Как там Миша сказал? «Заживление ран протекает успешно». А душевные раны, хоть их и не видно снаружи, до сих пор беспокоят меня по ночам.
Глава 19. Илья
Темнеет рано, и я теряю счёт времени. Вглядываюсь в прямоугольник окна. Оно одно горит в этом здании. Сквозь закрытые жалюзи ничего не разобрать. Что творится внутри? Я жалею, что у меня нет бинокля.
Красный Фиат стоит припаркованный рядом со входом. Дверью, куда вошла Настя полчаса назад. Что она там делает? С кем она там? Неужто с Эрастом Фандориным? Но странное место они избрали для случек. Не отель, и даже не мотель. Автосервис! Так вот, что заводит её?
Веду языком по губе и стараюсь дышать ровнее. До ломоты хочется подойти и рвануть эту дверь на себя. Ну, или хотя бы подойти поближе… Но я не решаюсь! Не хватало ещё быть застигнутым ею за слежкой.
Да, я слежу за своей бывшей женой! И это нормально.
