Измена. Мой непрощённый (СИ)

Пытаясь прикинуть, как именно долго.

— Да, — Снежа в ответ улыбается, — Уезжала.

— Ммм, понятно, — кивает соседка.

И я попадаю под резкий «прицел» её глаз.

— Тёть Валя, с третьего этажа, — раздражается Снежа.

И я понимаю — она угодила в свой мир. В мир, где прошло её детство. В дом, где она родилась. Это я здесь — чужой! А она, словно рыба в воде.

— Ой, а где мой рюкзак? — ищет Снежа.

— Вот он, — я снимаю с плеча.

Снежана лезет в карман. Кулачок её держит какую-то вещь.

— Это тебе, он освещенный, — произносит она. И, разжав, демонстрирует крестик. Маленький, цвета чернёного серебра. Вместо цепочки — шнурок.

Я веду языком по губе. Какая-то тяжесть на сердце! Не могу объяснить, почему. Мы выходим из лифта. Я прислоняю коляску к стене.

— Ты же знаешь, что я не ношу, — говорю, но беру из её рук подарок. Металл холодит мои пальцы. Вбирает тепло.

Снежана вздыхает:

— Хотя бы в карман положи.

— Хорошо, — я сжимаю вещицу в ладони.

Целую Никитку в висок. Снежана опять тянет руки. Соль на губах — от её нескончаемых слёз.

— Я приеду и сразу тебе позвоню, хорошо? — убеждаю.

И, прежде чем лифт распахнётся, давлю на звонок. Когда входная дверь открывается, я уже еду вниз. В машине беру себя в руки. Курю. И когда на экране смартфона загорается «Снежа», я с трудом выбираю «принять».

— Илья, Илья! Ты представляешь, Джека нигде нет! Он, наверно, сбежал, пока я болтала с соседкой! — лепечет Снежана. На заднем плане слышится вопль Никитки.

Я напрягаюсь, пытаясь припомнить, в какой момент упустил Джека из виду. Неужели лохматая псина опять испоганит все планы? Заставит меня колесить по Торжку?

Взявшись за голову, вижу движение сбоку. Пёс сидит у машины. И с упрёком глядит на меня.

— Он нашёлся, лапуль, он на улице! — спешу успокоить Снежану.

Она удивляется:

— Как?

— Сейчас приведу, — отвечаю. Опять выхожу. Но Снежана бросает:

— Пускай остаётся с тобой!

— Как? — теперь уже я в нетерпении.

— Ну, чтобы тебе скучно не было, — произносит она.

«Да мне и так очень весело», — думаю я. А вслух говорю:

— Это Джек без вас будет скучать!

— Но мы же скоро увидимся? — напоминает Снежана.

— Э… Конечно, — бросаю невнятно.

Тем временем Джек продолжает взирать снизу вверх, ожидая, какое решение примут хозяева. Кажется, ему всё равно — где коротать вечера. Лишь бы кормили.

— Только не забывай давать ему витамины, — звучат наставления.

Я смотрю на собаку:

— Ага, не забуду.

Мы прощаемся. Снежа «целует» меня, долго машет с балкона. Стоит мне приоткрыть заднюю дверь, как Джек благодарно ныряет туда. И ложится плашмя. Наверное, думал, его собираются выбросить? Испугался, бедняга!

— Стокгольмский синдром? — вспоминаю диагноз. Кажется, так называют ситуацию, когда жертва стремится быть рядом с мучителем.

Джек снисходительно фыркает.