Искры между нами

Какого они цвета? Непонятно. Не могу разобрать, в них отражаются цветные блики.

— Просто скажи, как тебя зовут! — цедит сквозь зубы, не отпуская от себя."

"— Нет, — упираюсь руками в грудь и легонько отталкиваю от себя. — Зачем тебе эта информация?

— После такого танца я просто обязан на тебе жениться, — усмехается мой партнер по безумию.

— Не бери в голову, это просто танец, — постепенно прихожу в себя, успокаиваю дыхание.

— Так как тебя зовут? — не отступает он, глядя сверху вниз.

— Секрет.

— Думаешь, не узнаю? — бросает выразительный взгляд в сторону моих подруг.

— Узнаешь, запросто, — жму плечами, — только это уже не считается за знакомство.

Поджав губы, качает головой и отступает.

Все? Сдаешься? Даже немного обидно.

Но так будет лучше. Это действительно был просто танец. Я не хочу флиртовать, заигрывать, прекрасно понимая, что с такими, как он, игры быстро заканчиваются, и вовсе не как в сказке, когда все жили долго и счастливо.

Бросаю на него последний взгляд, и тихое «пока».

Пора возвращаться к Антону. Черт, теперь и не скажешь, что повода для ревности нет. Кожа до сих пор хранит огонь чужих прикосновений.

С опаской подхожу к столику ближе и присаживаюсь рядом с Антоном. Он все так же не смотрит в мою сторону, разговаривает с друзьями. С необычайным облегчением понимаю, что Тихонов ничего не видел, пропустит наш страстный танец. Пронесло. Медленно, сквозь зубы, выдыхаю, вытирая потные ладошки о брюки, беру его под руку и с улыбкой включаюсь в разговор.

— Ну ты и заже-ег! — протянул Марк, пригубив виски из широкого стакана. — Примы больших и малых театров нервно курят в сторонке.

— Понятия не имею, — я пожал плечами, — так и не сказала, как зовут.

— Да, ладно? Она тебя прокатила?!

— Типа того, — усмехнулся, плюхаясь на диван.

— Серьезно? — друг засмеялся. — Вы там так друг к другу жались, что еще чуть-чуть — и ты вполне мог стать папашей.

— Да иди ты, — беспечно отмахнулся я, подхватив свой стакан.

— Серьезно, отказала? И чем мотивировала?

— Она здесь не одна. С каким-то хреном, — недовольно нахмурился, посмотрев на танцующих.

Прекрасной незнакомки не было видно, и непонятно, то ли радоваться этому, то ли печалиться.

— Значит, девочка занята, — подвел неутешительный итог Волшин. — Судя по заинтересованной морде, полезешь в их отношения?

— Понятия не имею, — я задумчиво потер шею, — у нее такая фигура, что хочется сжать и не отпускать. И глаза... черт, я не мастер красивых слов. Смотришь и падаешь куда-то, аж в животе сводит. Огонь, а не девочка.

— Влюбился, что ли? — со смехом поинтересовался приятель. Я посмотрел на него исподлобья, как на конченого придурка. — Понятно.