Никаких «пожалуйста», смирно и покорно, Вероника.
Эти слова снятся всё время, разрывают разум. Той ночью столько всего произошло. Слишком много, слишком… Остро и больно, страшно. Но именно наш первый разговор запомнился лучше всего.
Пробираюсь дальше и дальше. Я… Я не знаю, что мне делать. Никаких подсказок не было, телефон молчит. Бежать, нужно бежать. И пусть Саид преследует, только не задерживается в доме.
Не причиняет боль моим родным людям.
Только бы не добрался до Адама…
Холодный декабрьский воздух бьёт в лицо, заставляя поёжится. Едва не выскакиваю под колеса машины.
Нужно… Убраться подальше, в оживленное место. И тогда…
Вскрикиваю, когда запястье сжимают до боли. Тянут обратно, вызывая дрожь во всём теле. Ударяюсь о мощную грудь, боясь поднять взгляд.
– Попалась, Ника.
Я верчусь в крепких руках, стараюсь вырваться. В глубине души ещё плещется маленькая надежда, что всё получится. Меня отпустят, а я успею сбежать. Мне бы одну минуточку…
– Прекращай трепыхаться, пташка, - пальцы обхватывают подбородок. Сжимают до боли, заставляя поднять взгляд.
Озноб пробегает по телу, спускается холодным потоком по спине. Ледяной, злой тон не предвещает ничего хорошего. Меня будто бьёт жесткими словами, заставляя дрожать сильнее.
– Саид…
– Господин Саид, не забывай, - хватка становится сильнее, мужчина давит ладонью на поясницу, впечатывая в своё тело. Такой огромный, горячий… – Ты крупно попала, Ника, своими выходками.
– Я не… Отпусти меня, мне нужно…
– Тебе нужно заткнуться и слушать меня.
Киваю, не рискуя издавать ни звука. Мне кажется, один неверный шаг, одно слово… Судя по взгляду Саида – меня не ждет ничего хорошего. Он пронизывает, забираясь глубоко в душу.
У Саида красивые глаза. Голубые, и холодные. Как лед, покрывающий озеро зимой. Чуток притрушенный инеем. Очень красивые глаза для очень жестокого человека.
– Отлично, мозги не растеряла. Может, всё будет и не так сложно, да, пташка? – мужчина надавливает пальцем на мою нижнюю губу, скользит по контуру.
– Шанс? – голос подводит, хриплю. – Какой?
– Что я тебя прощу за этот побег и глупость. Но тебе придётся очень долго просить о прощении.
– Я…
– В машину.
Даже не успеваю среагировать, закончить мысль, как Саид отступает. Всего на шаг, но забирает с собой всё тепло. Зато я могу дышать. Втянуть воздух, пропитанный сыростью. Вспомнить, что могу стоять.









