– Просто сказала «спасибо».
– Я за ложь говорил?
– Но я не вру! Ничего не было. Я ведь говорила, что ты был последним. И такие предположения… Ты думаешь, что я буду кого-то благодарить так? В пошлом смысле?
– Я знал Эмина с пеленок. Он никогда ничего не делал просто так. Ты либо ему понравилась с первого взгляда, либо о чём-то договорились.
– А просто помощь ты не рассматриваешь?
– Нет.
Киваю, принимая это за ответ. Глупо надеяться, что Саид поверит. У него ведь совсем другие порядки и понятия. А я не знаю, как объяснить. Ничего не было, ничего не обещала и не делала.
– Я просто… Эмин ничего не попросил. Предложил увезти меня из клуба, и я согласилась.
– Правда веришь в этот бред? Что племянник просто так проявил сострадание?
– Может, я хочу в это верить? Что кто-то хоть раз решил мне помочь, ничего не требуя взамен?
Так поступала только лучшая подруга. Только я сто лет не видела Аду, не могла. Она бегала от своего Халида, я от Саида. Было опасно жить вместе, путешествовать.
А Ян… Ещё один из детдома, с которым у нас образовалось трио. Он дружил с Адой, не со мной. Да я и провела в приюте не так много времени.
Но мужчина пять лет ездил с Адой, помогал ей сыном. Сейчас же, кажется, осел в Москве. По крайне мере, такие были последние новости. Удивительная штука жизнь."
"Мы все сплотились в приюте, а теперь разбросаны по разным точкам планеты. Да ещё и втянуты в криминал, даже по касательной. Нашлось, блин, общее хобби.
– Верь, - Саид кивает, затягиваясь сигаретой. Дым царапает легкие, но я глубоко дышу. Пропитываюсь им. – Вполне возможно, Ника. Ты из редких птиц, умеешь покорять. Ради таких многие творят херню.
– Ничего. Он ничего не требовал, не заикался об этом, не намекал. Он просто мне помог, просто так. Я не знаю, что тебе сказать, Саид, как убедить. Я говорю правду.
– Я верю тебе, пташка, - мужчина сбивает пепел в кружку с водой, а я наблюдаю за каждым движением. – Но не верю в благородство племянника. Ладно, оставим эту тему.
Не успеваю облегченно вздохнуть, как на затылок возвращается крупная ладонь. Саид тянет на себя, снова целуя. Более жадно, чем до этого.
Жар в груди разрастается, заставляя дрожать.
Такое ощущение, что с каждым разом Саид напирает всё больше.
И вот-вот сорвётся, наплевав на всё.
Губы пульсируют из-за настойчивых поцелуев. Кожу жжет, а внутри словно натягивают нити. Сплетают всё между собой, натягивают. И поджигают пламенем.
Только Саид может так целовать, чтобы не было сил оттолкнуть. Внизу живота тянет, простреливает острыми ощущениями. Возбуждение напоминает мягкое облако, которое окутывает меня.









