Я! Еду! Домой! Я еду домой!

Марк задержался, с любопытством посмотрел на фургон, ничего не сказав, спросил:

– Не смог улететь? Попал в заварушку в аэропорту?

– Уже знаешь? – удивился я.

– Есть у кого спросить, и даже по ТВ показали, как оттуда люди разбегались, – усмехнулся толстяк. – А ты еще удачно разбежался, как я вижу. Что будешь делать?

– Не знаю, думать пока, – пожал я плечами.

Говорить вслух, что буду ломиться в Москву любыми средствами, не хотелось. Да и не придумал я еще, какими именно средствами.

– Мы здесь что-то вроде самообороны организовываем. Присоединишься? Если есть винтовка, конечно.

– Есть винтовка. К кому обращаться?

– Иди прямо к Тому домой, там вроде штаба пока. Или в «Десятую лунку» – там тоже наши ребята собираются.

– Много вас?

– Пока полтора десятка, но вот еще шериф своих прислал, он тоже у нас живет. Если десятка два наберем, то сможем перекрыть все подходы.

Я прикинул, как это будет выглядеть, и кивнул. Койотова Купальня отделена от шоссе довольно глубоким каналом. Между каналом и дорогой метров пятьсот идеально плоской песчаной пустыни, откуда незамеченным разве что скорпион заползет, каких здесь множество. И со стороны Уэлтона к нам можно заехать на машине исключительно по одному мосту. А с другой стороны от нашего поселка нет ничего, кроме еще одного канала, Мохаук, а дальше – пустота, причем на много-много километров. Только пустыня и скалы. Горная гряда Фортуна прикрывает нас от того же Фортуна Футхиллз, а на восток лишь аэропорт в пяти километрах, где неизвестно что сейчас творится.

– А что в городе? – спросил Марк. – Как тебе показалось?

– Если честно, то хуже и хуже, – подумав, сказал я. – Начали много и часто стрелять, пытаются перекрывать улицы, но никакой пользы от этого не видно.

– Понял, – мрачно кивнул он, закусив нижнюю губу, отчего его лицо вдруг стало еще толще.

Я подумал, что так и не увижу его глаз – он и сейчас был в глухих черных очках и панаме. А если он их снимет и я его встречу, то даже не узнаю.

– Ну что, поговоришь с Томом? – спросил он.

– Не вопрос. Дайте только время разобрать вещи… – похлопал я по черной сумке, стоящей рядом со мной, – …и я в вашем распоряжении.

– Отлично. Увидимся, – сказал он, отходя от машины и помахав толстой рукой.

А я поехал дальше, петляя по улочкам поселка. Теперь здесь стало даже оживленно – машины на дорожках, люди, стоящие на улицах и что-то обсуждающие, – кажется, оцепенение, так поразившее меня до этого, уже закончилось, у всех прорезалась жажда деятельности.

Подъехав к дому, я увидел Тома, стоящего у себя на лужайке и что-то объясняющего двум мужикам с винтовками в руках. У тротуара был припаркован большой «Кадиллак Эскалейд» – наверное, одного из них.