Я! Еду! Домой! Я еду домой!

– Нет, виделись издалека, – сказал мужик, протягивая мне для пожатия крупную ладонь, с которой он быстро содрал стрелковую перчатку. – Соседи?

– Почти, – кивнул я, пожимая руку.

– Вы стреляли? – спросил толстяк.

Вместо ответа Том показал Марку свою винтовку. Тот кивнул, посмотрел на меня, сказал:

– Парень, ты не выглядишь готовым к неприятностям.

Толстая ладонь сочно похлопала по ребристому черному цевью висящего у него на груди карабина."

"– Мне в аэропорт надо, – пожал я плечами, решив не болтать об истинной причине моей невооруженности.

– В аэропорт? – удивился толстяк. – Ты думаешь, что самолеты летают?

– А почему они не должны летать? – поинтересовался Том. – Что-то сообщали?

– Нет… – Марк задумался. – Будь я проклят, если в чем-то уверен: просто мне кажется, что, пока в нашем борделе пожар, самолеты летать не должны.

– Кстати, ты не слышал, что случилось у нас на аэродроме? – спросил его Том.

– Говорят, что там была какая-то драка, которая закончилась стрельбой. И пуля угодила куда-то, куда ей не следовало попадать. По слухам, человек двадцать обгоревших оттуда увезли в госпиталь.

– Гобблеры? – спросил Том.

– А кто же еще? – пожал плечами Марк. – Вчера их еще никто не узнавал, как я думаю, вот и не поняли, что же на самом деле случилось.

Я подумал, что это не совсем здорово, если тяжелораненых везли в госпиталь. Потому что госпиталь совсем неподалеку от аэропорта, и если они начнут умирать… Мы сами только что убедились, что восстать из мертвых способен не только укушенный. И тогда мне могут перекрыть подъезд к аэропорту. Потому что госпиталь находится прямо за ним. Тогда что я здесь-то лясы точу?

– В любом случае мне стоит проверить, – сказал я и быстро натянул шлем на голову, после чего взялся за перчатки.

Хотя стоять в компании еще двух вооруженных мужиков куда комфортнее, чем ехать в неизвестность, но мне надо лететь.

Взревел мотор, я топнул ногой по педали переключения передач и дернул с места, чуть приподняв переднее колесо, миновав по пути стоящего на лужайке и сосредоточенно щурящегося на мобильный телефон адвоката Бирмана. Точно ведь пытается вызвать полицию, сволочь такая. У меня даже мелькнула на уровне подсознания мысль, что в такие суетные и опасные времена никто и не заметит, что некий адвокат Бирман получил пулю в голову, вовсе не будучи при этом бродячим мертвецом…

Шоссе номер восемь в сторону Юмы было почти пустынным. Навстречу мне несколько раз проезжали машины – или явно торопящиеся, или, наоборот, едущие слишком медленно, словно висящее в воздухе напряжение заставляло людей действовать отлично от обычных своих привычек. Кто-то бежал, а кто-то крался.

Впрочем, я тоже ехал не торопясь – куда медленнее обычного.