Я! Еду! Домой! Я еду домой!

Затем мы увидели на перекрестке старый средний танк М47 «паттон» оливкового цвета, с белой звездой на башне, перед ним дорога ответвлялась направо, упираясь в добротный опорный пункт из мешков с песком, скрывавший бронетранспортер М113 и пару крупнокалиберных пулеметов. Службу здесь несли военные, причем не маринз с авиабазы, а армейцы, сухопутчики, то есть местные, которые на полигоне и служили.

Поселок, который они прикрывали, был их местом жительства, равно как и всего гражданского персонала этого самого большого в Америке учебного и испытательного центра. И сейчас они, судя по всему, решили его не покидать. Не знаю, разумно это или нет, но пара десятков километров знойной пустыни, отделявшей поселок от Юмы, от мертвяков была защитой достаточной, а реальных конкурентов военным из числа живых в окрестностях пока не наблюдалось.

Поселок был хорош. Даже отсюда был виден огромный голубой бассейн, бейсбольное поле, пара закусочных, гладкие асфальтированные дороги: военное ведомство не скупилось на обустройство жизни своих людей – особенно тех, кто служит подолгу. Я сравнил этот поселок с тем военным городком возле аэродрома вертолетного полка, в котором мне довелось пожить в свое время во время службы, и искренне позавидовал американцам.

Ко всем прочим достоинствам этого места мне вспомнилось целое поле солнечных панелей, расположенное с обратной стороны городка. Если ехать от плотины, то его видно. Вообще в этих краях солнечные панели – настоящее богатство: места много, солнце круглый год, да еще такое яркое, что я до сих пор без солнцезащитных очков из дома выйти не могу. Вечный запас электричества – куда там генераторам.

Перед блоком нас остановили, взяв на прицелы пулеметов. Военный со знаками отличия мастер-сержанта подошел, с сомнением посмотрел на пулевые пробоины в кабине нашего пикапа, заглянул в кабину. Я обратил внимание на искаженное отражение своей физиономии в его непроницаемо-черных очках. Он спросил:

– Что у вас с лицом?

Палец в перчатке чуть не уткнулся в мой пластырь, заботливо налепленный Дрикой.

– В драку влез, – усмехнулся я. – Схлопотал прикладом.

Сержант посмотрел на меня, задумчиво покусывая губу, затем спросил:

– Вы к кому и зачем?

– Нас из промзоны отправили к вам, – ответил уже Джефф. – Сказали, что желающих переселиться здесь принимают.

Сержант кивнул, затем показал рукой, затянутой в перчатку, на офисного вида домик, стоявший в дальнем конце просторного пустынного паркинга. Возле домика стояли «хамви», два «матта» и белый с зеленым «блейзер» пограничного патруля.

– Вам туда надо.

Мы последовали этому лаконичному совету и свернули, куда сказано. Проехали метров пятьдесят, остановились.