Я! Еду! Домой! Я еду домой!

Ружье пришлось держать одной правой рукой, зажав приклад под мышкой. А без него никак: страшно.

Подтащил все к лестнице, пошел вниз, сдвигая рывками. Пришлось встать ногами на труп – деваться все равно некуда. Затем по всей этой дряни поползли мешки. Еще рывок, еще – и уже площадка между пролетами, где еще труп валяется. А ниже, у самой лестницы, еще два. Но возле них никого. Ладно, опять разведка по маршруту – мне так спокойнее.

Бросил сумки, пошел ниже с ружьем на изготовку. Пока никого. Никого. Гостиная пуста – лишь трупы толстухи и того мужика, что неожиданно бросился на меня. Толстуху, кстати, стащили с лестницы вниз. Мои пустые гильзы валяются на ступеньках. А на улице два мертвяка. Стоят ко мне боком и смотрят на огонь. Интересно… А может быть, удастся пройти через гостиную до гаражной двери, пока они там варежки раскрыли? Это те двое, которых я в окно увидел, – один из них подгоревший, до сих пор дымится.

Как можно тише поднялся на площадку, ухватился за свободный конец ремня. До низа стащил мешки не очень громко, зато очень быстро – по ламинатным ступеням нейлон скользил, как по льду, заодно размазывая всю дрянь, что попадала под мешки. Затем опять замер, готовый открыть огонь по кому попало, но на меня никто не бросался. Разве что увидел еще зомби – молодую тощую женщину в рваном цветастом платье, стоящую поодаль от двоих мертвецов и тоже глядящую в огонь.

Последний рывок! Тут уже не до осторожности: я потащил все это за собой что было сил и в этом ошибся. Мешки зацепили черную стойку модернового торшера, который с грохотом и звоном разбитого стекла рухнул на пол. И этого хватило: мертвяки обернулись и увидели меня. И пошли ко мне. А я рванул от них к двери гаража.

Подоконник их все же немного задержал: ловкости у них не хватает пока прыжком с ходу перемахивать, да еще и столкнулись друг с другом. Я резко ударил по поворотной ручке, толкнул в дверь плечом. Она распахнулась во всю ширь – я ломанулся внутрь, а мешки, естественно, застряли, потому что связаны друг с другом были на совесть."

"Дернул раз, другой и увидел приближающегося мертвяка – молодого мексиканца с бородкой и татуировкой до подбородка. Умер он не от укуса, кстати: белая майка на груди была пробита несколькими пулями – не повезло где-то при дележе остатков цивилизации. Ну, и еще тебе на! Вскинул «бенелли» и выстрелил, угодив прямо в правый глаз и выворотив половину черепа. Брызнуло кровью и осколками кости, его развернуло и бросило прямо под ноги бегущей следом женщине в платье. Та споткнулась, упала, а я выстрелил ей в затылок, после чего нагнулся вперед, аккуратно поднял оружейные чехлы за ручки и затащил внутрь. Хлопнула дверь, а я подпер ее ногой и полез в кармашек для рации, где у меня лежали ключи. И через секунду замок был заперт.