0
0Сомневаюсь, что Люсина мамаша захочет вообще везти ребенка куда-то. А так, может, удастся договориться, чтобы мальчика быстро посмотрели в частном порядке.
Вот только Руслан отреагировал на новость об укусе моего маленького брата как-то странно:
— Говоришь, края у раны посинели? — он заметно напрягся. — А как выглядел человек, который его укусил?
— Ваня, расскажешь мне, что это был за плохой дядька? Как он выглядел?
Мальчик задумался, пытаясь вспомнить своего обидчика:
— Голова белая, глаза злые и черные, и нос вниз загнут, как будто крючок, — описал он.
В трубке раздалась нецензурная речь.
— Ты знаешь этого человека? — я замерла, услышав в ушах стук своего сердца. Затем вскочила с места, отходя к окну, прикрыв рот ладошкой, чтобы Ваня не слышал. — Он заразный? У него бешенство? Не молчи, пожалуйста…
— Нет, все не так. Я сейчас приеду. Просто пока ничего не предпринимай, не звони никуда. С мальчиком все будет хорошо, жизни ничто не угрожает.
— Но ты знаешь, что это такое? — как-то его реакция не слишком вязалась с «мальчику ничто не угрожает».
— Да, знаю.
— Стой, не клади трубку, — я попыталась задержать его, лихорадочно соображая, что бы такое еще спросить, чтобы хоть как-то себя успокоить. — Может, мне надо рану обработать? Йод, зеленка?
— Нет, если это сделал тот, о ком я думаю, то йод не поможет.
В его словах чувствовались раздражение и гнев, но направленные не на меня, а на этого таинственного «кого-то».
— И кто это был, по-твоему?
— Мой отец.
Что?! Я умолкла, буквально подавившись остальными вопросами. Его отец?! Тот самый, что убивал людей, насиловал и вообще был крайне дрянной личностью?!"
"— Я скоро буду, — закончил после паузы Руслан, не дождавшись моей реакции, и отключился.
Когда Руслан говорил о нем, у меня сложилось впечатление, что это все в прошлом, что его отец умер или сидит где-нибудь пожизненный срок за все те злодеяния, что совершил. Но оказывается, что он сейчас работает в коллекторском агентстве, требует деньги с беззащитных женщин и детей, кусает их…
«А ведь он может захотеть навредить мне, детям или Руслану, за то, что тот перестал с ним общаться! — мелькнула еще одна паническая мысль и тут же сменилась другой: — А перестал ли Руслан общаться с отцом? Руслан же участвует в каких-то незаконных делах, а что, если?.
Пришлось усилием воли оборвать все эти рассуждения и заставить себя убрать телефон в карман.
— Посиди со мной, — попросил Ваня.
Я вернулась и села рядом с ним. Мальчик прикрыл глаза, а я гладила его по волосам.
«Зачем тебе эти проблемы? Тебе же уже предложили вернуться домой! В свое тело, в свой мир!»
Я вздрогнула, словно наяву услышав голос Барса.
