2
0
Куда же делся Эльдар?
Лихорадочно ищу Гасанова взглядом. Замечаю рядом с ним молодую высокую девушку. Она смахивает с лацкана пиджака невидимые пылинки, мило улыбается, что-то ему рассказывая. Он никак не реагирует. Даже делает шаг назад. Дед повторяет вопрос в третий раз, а я пытаюсь понять, почему мне неприятно видеть Эльдара рядом с этой девушкой. Может, потому что он обещал оберегать меня от деда, а вместо этого…
Мое внимание отвлекают вспышки камер. Не заметила, как в зале появились журналисты. Почему охрана их не остановила?! Рядом с невысокой дамой, что держит наготове петличку с микрофоном в руке, стоит мой дядя.
Ну, все понятно…
Дедушка берет меня за руку, тащит за собой. Упираюсь как могу, но, если начну еще сильнее сопротивляться, упаду. Не хватало, чтобы на всех сайтах пестрили фото, как Карим Алибеков тащит меня через весь зал."
"Оператор успевает что-то наснимать, прежде чем Эльдар реагирует и оттесняет журналистов к двери. Разговор идет на повышенных тонах. Охрана отбирает камеру.
— Это я пригласил журналистов осветить день рождения моей внучки, — вмешивается в спор дедушка. О нашей с Эльдаром свадьбе уже все забыли, он решил напомнить? Хочет испортить мне жизнь? Я учусь под вымышленной фамилией, если об этом узнают мои однокурсницы…
— Я не давала согласия, — вмешиваюсь я.
Журналисты отступают, но не потому, что я была убедительна, их чем-то припугнула охрана. Дед зол, но он не представляет, как зла я. Как только мы остаемся в кругу семьи, я начинаю выговаривать:
— Если ты хочешь публичности, дедушка, я могу завести канал, где буду каждый день рассказывать о своей жизни, — Эльдар все это время стоит за спиной, что придает мне сил.
— Ты как? — спрашивает Эльдар.
— Нормально, — отвечая, нахожу взглядом ту самую девушку, которая смотрит в нашу сторону.
Следующие пару часов гости пили, ели, танцевали. Веселье набирало обороты. Ирада по приказу дедушки попыталась со мной уединиться, подошла и попросила проводить ее до уборной.
— Попроси официантов проводить тебя, я не знаю, где здесь туалет, — не вставая из-за стола. Мне непривычно было отказывать, приходилось ломать себя изнутри. Просто я очень хорошо знаю свою семью: покажу слабость — загрызут.
Второй раз Ирада подошла спросить номер телефона.
— Мы постоянно о тебе думаем, беспокоимся, а дозвониться не можем.
