2
0Сердце замедлило ритм, словно мы были героями до жути нелепого фильма, который поставили на паузу. Рёбра сдавило, покрывая каждое хрусткой корочкой льда с острыми как бритва краями, царапающими лёгкие.
Уверенная, что послышалась, я с коротким, нервным смешком переспросила:
— Что, прости?
— Больше никаких особняков. Ты будешь рядом со мной.
Жар прилил к лицу, а потом так же резко схлынул, оставив кожу влажной и холодной."
"— Как ты себе это представляешь, Аррон? Может, нам ещё и спальню поделить на троих? — мне хотелось кричать, выть и одновременно смеяться. Хохотать, как умалишённая. — Ты хоть сам понимаешь, что говоришь?
— Я прощаю твой дерзкий побег, Элизабет. Мы возвращаемся в столицу, — произнёс таким тоном, будто всё уже решено и не подлежит обсуждению.
Да он меня вообще не слышит!
О чём с ним можно говорить?
Паника захлестнула меня с головой, но в глубине души начал разгораться гнев, растапливая хрупкий лёд. Я отступила на шаг назад, качая головой так резко, что выбившиеся пряди хлестнули по щекам.
— Нет! — мой голос окреп, наполнился решимостью. — Элизабет больше нет. А Лиза Грейчёва никуда с тобой не поедет. Нас ничего не связывает, Аррон Грэй, и ты не можешь увезти постороннего для тебя человека, куда захочется. Это, между прочим, преступление! Похищение карается тюремным сроком!
Жаль, что дракон считал по-другому.
— Я догадываюсь, что ты обижена, и тебя переполняют эмоции, — выдал тоном терпеливого родителя и протянул мне раскрытую ладонь, — но я делаю это ради твоего бла...
Договорить он не успел.
Суровое лицо прочеркнула болезненная судорога, и герцог резко отвернулся. Широкие плечи содрогнулись, как от мощного удара. Крупные мышцы напряглись, выступая буграми на спине, пальцы сжались в кулаки.
Я застыла, не понимая, что происходит. Вместо привычного страха меня охватило странное беспокойство.
Что с ним?
Как в ту ночь, когда его от меня буквально отшвырнуло.
Голос разума прервало рваное дыхание и едва уловимый стон сквозь зубы, будто он из последних сил сдерживал адскую боль. Одна рука дракона инстинктивно поднялась к груди, прижимаясь к рёбрам, а пальцы другой судорожно сжали ткань рубашки в том месте, где раньше находилась его метка истинного. Лицо исказилось от мучения, желваки заходили под кожей, а глаза на мгновение закрылись, словно он силился справиться с невыносимой пыткой.
Краем уха я уловила детские голоса у забора школы. Звонкий смех и топот ног заставили меня вздрогнуть.
Первый день занятий, конечно же!
Мои ученики уже спешили в школу и вот-вот должны были появиться на пороге класса.
— Аррон, прошу, уходи! — взмолилась я, с толикой опаски огибая угол учительского стола. Влажные ладони торопливо вытерла о ткань платья. — Сейчас придут дети.
