8
0
Потом словил ее, пока не начала придумывать херню, опрокинул опять на кровать.
— Не-е-ет, — застонала Валя, в противовес своим словам, податливо раздвигая ноги, — я не хочу-у-у… Ты — гад, не слушаешь…
— Ну прости, — пробормотал я примирительно, устраиваясь между ее ног и жадно разглядывая мокрую, набухшую сердцевинку, — сейчас залижу обиду…
И зализал.
Тоже душевно.
Ей понравилось.
И вот мы лежим, в приятном послесексовом расслабоне, во рту у меня ее вкус, перемешанный с табачным, и это очень пикантно. На дворе — яркий день, в доме ни души, зверье на улице, Львовна срулила.
Но Драконяша, как истинная баба, умеет испортить момент вовремя заданным вопросом.
— И ничего я не засранка, — бубнит она, но, видно, любопытство важнее обиды, потому что продолжает водить пальчиком и смущаться.
— Говори уже.
Все равно ведь достанет. Лучше сейчас, пока не наворотила в красивой башке своей всякой хуйни.
— Я не спрашивала, но все время думаю…
Так, не вставлять реплику, что просится, не надо, Бур! Пусть скажет уже, а потом я ее еще разочек выебу. За то, что момент моего расслабона испортила.
— У тебя были женщины?.. Ну, до меня?
Охуеть.
От неожиданности давлюсь дымом и кашляю так, что Дракоша привстает и с тревогой смотрит на меня. А я не могу тормознуть, дым попал не в то горло, теперь дерет.
Как сигарету не проглотил, хер его знает.
Когда, наконец, выдыхаю, Драконяша уже стоит рядом со стаканом воды.
Жадно пью, потом наконец-то прорезается голос:
— Ты еб… С ума сошла, что ли? Ты думала, я — кто? Девственник?
— Нет, ну что ты? — краснеет Валя, — просто ты… Ну… Гей…
— Я-а-а?
Бляха, забыл, что про меня Конь ей плел!
Лихорадочно подсчитываю, сколько времени мы с ней тесно дружим организмами.
Картина маслом, блять.
Да что у нее в голове?
— Я, Дракоша ты глупая, стопроцентный натурал, блядь! — рычу я с досадой, — и всегда им был!
— Но… Борис… И Лина до сих пор уверена, что ты внезапно стал би…
— Ебать!!!
— Ну не ругайся, я просто думала-думала…
Больше Драконяша ничего не успевает сказать, потому что я дергаю ее за полу своей же рубашки, спешно накинутой на голое влажное тело, и мгновение спустя она уже смотрит на меня снизу.
Последнее торкает, как всегда, ощущаю, как все внутри горит, недвусмысленно толкаюсь уже вполне готовым к бою членом:
— Я, похоже, херово тебя трахаю, раз ты вообще такие мысли допускаешь… Ничего, сейчас поправим ситуацию…
— Нет-нет, я не это… Ай!
Я не дослушиваю, жестко двигаю бедрами, рывком погружаясь в гостеприимно влажную плоть.
