2
0
– Да ты что! Я только рад! – просипел Соколов в ответ,– Борд никак не повернуть было, словно все тело разом отказало. Думал, всё. И Мадину убью доской этой несчастной, и посадят…
Виктор с досадой махнул рукой, отворачиваясь и добавляя едва слышно.
– Вся жизнь перед глазами промелькнула.
– Понял, – хмыкнул Хабиб, сжал руку Соколова и отпустил, – Ну, давай, лечись. Без обид.
– Давай. Локоть у тебя каменный конечно, Сатоев, – все-таки добавил Виктор, откидываясь на носилки, – Два ребра мне выломал. Не вывихнул хоть –нет?
– Да так, побаливает, – криво улыбнулся Хабиб и отступил в сторону, чтобы не мешать медработникам закреплять Соколова на носилках.
Я махнула Виктору издалека, виновато улыбаясь, пока Хабиб возвращался ко мне. Да уж, отлично покатались…
– Пошли, Мадь, в медпункт. А оттуда такси вызовем. Всё, накатался я на сегодня, – Сатоев устало потер лицо, встав рядом.
– Может, ты все-таки перестанешь мной командовать? – тихо поинтересовалась, поглядывая на медсестру. Почему-то не хотелось разрушать ее веру в нашу идеальную пару.
Хабиб медленно оторвал ладони от своего мрачного лица и перевел на меня тяжелый, тягучий взгляд.
– Дома поговорим.
14.
В медпункте подтвердилось, что ничего страшного со мной и Хабибом не произошло. У него был ушиб локтя и пара приличных синяков на спине. У меня немного ныла лодыжка, которую я подвернула при падении, и еще образовалась гематома на левом боку. Учитывая, чем закончилось столкновение для Виктора, даже обращать внимание на боевые раны было как-то несерьезно.
Обмазав нас чем-то вроде ""Спасателя"" и пожелав счастливого Нового года, медсестра отпустила меня с Хабибом уже через пятнадцать минут.
Несмотря на то, что идти до гостиничного комплекса было метров пятьсот максимум, Сатоев, не слушая никаких моих вялых возражений, всё равно взял такси.
Доехали мы быстро и молча. Водитель болтал без умолку про погоду, перевал и предстоящие праздники, и это спасало от будоражащего, потрескивающего напряжения. Я ощущала, как оно стремительно росло между нами, будто кто-то надувает воздушный шар, который вот-вот лопнет. Вот уже и цвет его не разглядеть – так натянулась жалобно поскрипывающая резина. И дыхание невольно задерживаешь, готовясь услышать оглушительный хлопок.
Бах.
Я вздрогнула всем телом. Но пока это была только дверь переднего пассажирского сидения, которую громко закрыл за собой Хабиб, вылезая из такси.
Следом он распахнул мою, помогая выйти. И, буквально под конвоем, ступая шаг в шаг, довел до нашего домика."
"Нет, не прикоснулся, но шел так близко, что я ощущала его горячее дыхание у себя в волосах, отчего от затылка вниз по телу разбегались колкие, волнительные мурашки.
Становилось жарко. И нервно. И я уже видела, что вернулись мы в дом первые.
