Довести Хабиба

В общем, не объяснить, как, но, кто хоть раз был утром в горах в погожий зимний день, сразу поймет, о чем я.

Наварив себе целый тазик крепкого кофе, я запрыгнула в салатовые дутики и, завернувшись в пушистый плед, вышла на нижнюю террасу.

Вокруг было тихо – почти все соседи, как и мои одногруппники ушли на склон. Оставшиеся же еще отсыпались после ночных гулянок. На улице ни души, что меня как раз полностью устраивало.

Грея пальцы о свою огромную кружку, я с ногами залезла в плетеное кресло в самом дальнем уголке террасы, поплотнее завернулась в плед и затихорилась, отпивая медленными глотками и самой себе напоминая нахохлившуюся сову на жердочке. Из небрежно скрученной гульки на макушке волосы торчали во все стороны, на побледневшем лице проступила печать уныния, а в потухших глазах засел опыт веков.

Щурясь от безбожно яркого солнца, откинула голову на спинку кресла, рассеянно наблюдая за виднеющейся между домами дорогой, по которой проезжали редкие в это время автомобили.

Чаще это были фуры: грязные, громкие серые, пыхтящие темным масляным дымом из выхлопных труб. Вторые по популярности оказались внедорожники и минивэны, почти всегда черные, намытые, блестящие и резвые. Третьи – обычные седаны, белые, серые, синие, замызганные графитовым прилипающим снегом…Глаз машинально пытался зацепиться за что-то и не мог. Лишь лениво провожал каждую проносящуюся мимо машину.

Поэтому, когда из-за дома показалась вырвиглазно -салатовая малютка матиз с большой эмблемой проката на боку, я невольно сфокусировала взгляд, хмурясь, чтобы лучше его разглядеть.

Мда…Очень странный выбор машины для горной поездки. Ее сюда что? Ветром занесло? Их вообще разве еще выпускают? А тарахтит -то как, господи…Пукнет и умрет."

"Я оторвала голову от спинки кресла, с вялым любопытством наблюдая, как салатовый мини-монстр притормаживает у поворота к нашему гостиничному комплексу. Хоть дороги и были хорошо расчищены, но это для нормальных машин. Потому что как бы аккуратно не крался этот ржавеющий лягушонок, поворачивая, но я даже со своего наблюдательного пункта услышала, как мерзко и жалобно машинка заскрежетала днищем о колею, и скривилась от бросившихся в рассыпную по коже противных мурашек.

А лягушонок тем временем упорно подползал все ближе. И все отчетливей было слышно, как он скрипит от натуги при каждом повороте колес. Интересно, кто это вообще додумался зарулить на этой бедолаге на такую дорогу и такую высоту?

Я приставила ладонь к глазам козырьком, всматриваясь в темное огромное пятно, которое должно было быть водителем, и нахмурилась сильнее. Потому что вместо контура человека на месте водителя был огромный черный квадрат до самого потолка.